— Сиди здесь, — сказал он, указывая на меня, — и молчи. И если история совпадет с показаниями твоей подруги — мы решим, что делать.

Это принесет мне много пользы. Я посмотрела на мужчину.

— У вас предвзятое отношение к делу. Я сказала, что мы не угоняли эту машину.

— Я должен поверить, что твоя подруга променяла новенький «Хаммер» на тот кусок дерьма, за рулем которого я нашел вас, девушки?

Это действительно звучало довольно глупо.

— Ты не понимаешь. Она же богатая порнозвезда.

Офицер просто посмеялся надо мной.

— Конечно, леди. А я королева Англии.

Я проглотила саркастическое замечание и плюхнулась на скамейку. Расстроенная до глубины души, поболтала ногами, пытаясь собраться с мыслями. Мне нельзя оставаться в тюрьме. Я превращусь в развалину, если на то, чтобы вытащить нас отсюда, уйдет двадцать четыре часа. Взглянув на высокого, мрачного полицейского по другую сторону решетки, содрогнулась. Нет. У меня еще есть несколько часов, прежде чем он станет выглядеть привлекательно.

— Итак, как долго я здесь пробуду?

Он посмотрел на меня, прищурившись.

— Полиция Оклахомы попросила нас задержать вас для допроса.

— Я могу рассчитывать на телефонный звонок? Или адвоката, или еще кого-то?

Полицейский окинул меня взглядом, затем неохотно сказал:

— Вы можете позвонить.

Я оживилась и вскочила со скамейки.

— Правда?

Мне показалось, что это розыгрыш, пока он не подошел к моей камере и не начал ее отпирать. У меня от волнения слегка задрожали руки, и я спрятала их под мышками, чтобы случайно не задеть его и не лишить его сознания. Крепко прижимая руки к груди, скромно опустила голову, когда он открыл дверь в мою камеру и отошел.

— Один звонок, — сказал он хрипло. — И он должен быть удачным.

Я кивнула, мои мысли метались, пока офицер Хокинс вел меня через маленький полицейский участок к своему столу. Там стоял старый телефон — весь офис шерифа представлял собой запыленную развалюху — и он протянул его мне, шнур которого скрутился в беспорядочный узел.

Кому позвонить? Моя напарница по преступлению — в буквальном смысле — находилась в другой части тюрьмы. От Реми толку никакого. Мой босс? Черт возьми, нет — если доктор Морган узнает, что я в тюрьме, — в мгновение ока потеряю вожделенную работу, независимо от того, запал он на меня или нет. Все еще стоял день, так что о Зейне не могло быть и речи. Мои мысли обратились к Ноа, но я колебалась. Если он все еще находился в полицейском участке с сегодняшнего утра, и я позвоню ему, это уличило бы меня.

— Ну? — Полицейский вперился в меня взглядом.

Я напряженно размышляла.

— Можно на минутку мою сумочку? Нужен номер телефона с визитки. — Хотя мне была ненавистна мысль о том, чтобы позвать Люка на помощь, это мой единственный вариант.

Полицейский встал и вернулся через несколько минут с моей сумочкой в пластиковом пакете. Внутренняя сторона оказалась покрыта порошкообразным веществом, и я бросила на него подозрительный взгляд. Либо они снимали отпечатки пальцев, либо проверяли на наркотики.

Уже через пару мгновений у меня в руках оказалась визитная карточка, и я набрала номер.

Люк ответил после первого гудка.

— Это Люк. — Даже в его приветствии чувствовался легкий французский акцент. Волна тепла прокатилась по моему телу, и непроизвольно закрылись глаза.

— Это я, — пробормотала я, а потом почувствовала себя немного глупо. — Джекки.

— Я узнал твой голос, — негромко сказал он.

Я поерзала на стуле, в моей голове зазвенели предупреждающие колокольчики. Его появление сулило неприятности для меня. Даже хуже.

И я очень хотела его. Будь проклят этот Зуд.

— Чем я могу тебе помочь, ma belle? — Его голос вернул меня к реальности.

— У меня небольшая проблема, — ответила я. — Что-то вроде тюремного заключения.

— Понятно, — сказал он, и в его спокойном голосе прозвучал намек на смех. — Это тюрьма округа Чероки? Да?

Откуда, черт возьми, он это узнал? Следил за мной?

Подавила желание повесить трубку, хотя меня охватил страх. Нравилось это мне или нет, но я нуждалась в помощи этого мерзкого засранца. Кроме него, обратиться больше не к кому.

— Да, это то самое место. Ты можешь мне помочь?

— Я недалеко.

Что, черт возьми, это значило?

— Так, э-э, это «да» или «нет» в этом таинственном разговоре?»

— О, это определенно «да».

У меня по телу пробежали мурашки.

— И как скоро ты сможешь сюда добраться?

Он только рассмеялся, звук получился хриплым и соблазнительным, но в то же время действовал мне на нервы.

Перед моим лицом внезапно появилась рука, потянувшаяся к телефону.

— Если все, что ты собираешься делать, это флиртовать, то разговор окончен, — угрюмо сказал офицер.

Я отпрянула назад, прижимая телефон к шее, чтобы держать его подальше от офицера Хокинса.