Схватив верхнюю книгу из стопки, Тесса лениво перелистывала страницы. Это был некий исторический трактат, в которой подробно описывались различные боги. Но она замерла, когда на одной из страниц упоминалось о Хаосе, из которого они все произошли. То, как это было сформулировано наводило на мысль, что из Хаоса появились не только Первородные боги. Она никогда особо не задумывалась об этом, но предположила, что скорее всего появились и другие существа.

Что же случилось с ними?

Апельсин уже был съеден. А она все еще изучала страницы, когда через несколько минут услышала, как Теон вернулся в комнату. Она не стала смотреть на него, пока он шел и остановился рядом с ней. Краем глаза она заметила, как он засунул руки в карманы свободных брюк, в которые переоделся.

Слегка прокашлявшись, он спросил:

— Как ты себя чувствуешь? И, клянусь Ариусом, если ты скажешь нормально…

— Что тогда? — пробормотала Тесса, переворачивая страницу. — Запрешь меня в винном погребе?

Он помолчал, потом сказал:

— Нам нужно обсудить все, что произошло сегодня вечером.

— Нет.

— Нет?

Она перевернула еще одну страницу, уже не вникая в текст:

— Мне нужно было поговорить с тобой раньше. Но ты снова ясно дал понять, что мне не положено знать. Так что нет, Теон! Я не хочу обсуждать то, что произошло с тобой.

— Со мной, — глухо повторил он. — Но с кем-то другим ты бы это обсудила?

В его голосе прозвучала такая резкая нотка, что она подняла голову.

— А какая разница? — усмехнулась она, насмешливо скривив губы. — Скоро у тебя будет пара и новый Источник, а я буду с Лукой, верно? Я больше не буду твоей собеседницей.

— Ты правда думаешь, что став союзной парой Луки, это что-то изменит между нами, красавица? — спросил Теон, делая еще шаг вперед.

Ее насмешливая улыбка дрогнула. Она попыталась отвести взгляд, но он взял ее за подбородок.

— Неважно, будет ли у тебя знак брачного союза на коже и кольцо на пальце. Неважно, если у меня будет то же самое с кем-то. Даже если меня принудят к новой связи с Источником, это не уничтожит ту, что уже есть. Ты до сих пор не поняла?

Его рука скользнула от подбородка к ее распущенным волосам, обвивая золотистые пряди вокруг кулака. Ее дыхание сбилось, взгляд метался между его глазами и губами, пока он наклонялся к ней.

Он потянул за волосы, заставляя ее запрокинуть голову еще сильнее. Его дыхание коснулось ее губ, когда он произнес:

— Ты все равно останешься моей, Тесса.

— Я слишком сильно тебя ненавижу, чтобы когда-либо стать твоей, — прошептала она с горечью.

Он пожал плечами, и его тени появились и обвились вокруг ее горла.

— Я сказал, что хочу все, что ты можешь дать. Включая твою ненависть. Все это — мое.

Пальцы из тьмы ласково коснулись ее щеки, скользнули по линии подбородка, словно его собственная рука. И тут же вернулось все то желание, что охватило ее ранее этим вечером, когда их магия слилась воедино. Она тянулась к его силе, находя в этой тьме все, что ей нужно.

Наслаждение и утешение.

Облегчение и свободу.

— Ты когда-нибудь- задумывалась, что я ненавижу все это так же сильно? — прошептал он ей на ухо.

Она открыла глаза, не помня, когда успела их закрыть.

— Невозможно, — выдохнула она.

— Правда?

Она покачала головой. Тени Теона продолжали скользить по ее коже, мешая думать о чем-либо кроме жара, разгоравшегося между ее ног. И еще было ощущение абсолютного восторга, когда ее свет встретился с его тьмой.

— Ты думаешь, мне нравится быть одержимым тем, кто явно не испытывает ко мне тех же чувств? Ты думаешь, я рад, что моя же сила противостоит мне? Что она постоянно пытается дотянуться до тебя? Ты думаешь, я в восторге от того, насколько изменились мои планы с тех пор, как ты появилась в моей жизни? — продолжал он.

Борясь с пеленой вожделения, Тесса оттолкнула его. Он отпустил ее волосы, но тени продолжали кружить вокруг, словно он действительно не мог их контролировать. Она вскочила, встав на диван. Ее босые ноги утонули в подушке, но по крайней мере, отсюда она не смотрела на него снизу вверх.

— Это не ненависть ко мне, Теон, — резко ответила она. — Это ненависть к своему положению, к обстоятельствам. Это ненависть к осознанию того, насколько мало у тебя контроля.

Он наклонился вперед, тесня ее. Она пошатнулась и опустилась на спинку дивана. Его руки легли по обе стороны от ее бедер, заключая ее в ловушку из его рук.

— А чем ты отличаешься? Разве ты не ненавидишь свое положение? Обстоятельства, которые возникли из-за твоих действий? Разве ты не ненавидишь то, насколько мало у тебя контроля?

— У меня больше контроля, чем у тебя, — огрызнулась она.

Он склонил голову набок:

— Правда?

— Я уже доказала тебе это однажды.

Он задумчиво хмыкнул. Тени больше не кружили вокруг нее, а вплотную надавливали и прижимались к ее ребрам, бедрам, торсу. Они скользнули по поясу ее джинсов, и…

— Ты знаешь… — выпалила она.

Потому что, боги, он знал. Он точно знал, чего она отчаянно желала.