Мужчина сидел на полу. Его каштановые волосы были длинными, спускались значительно ниже плеч. Эта спутанная копна колтунов, явно нуждавшаяся в мытье и стрижке. Судя по состоянию волос, она ожидала, что и растительность на лице будет такой же неухоженной. Но борода оказалась аккуратно подстриженной, словно за ней ухаживали совсем недавно. На пальце мужчины блестело большое ониксовое кольцо. Такое же, как у него. Но ее больше заинтересовал ошейник на его горле: толстая полоса из чисто-белого камня с вкраплениями золота.

Вкраплениями света и энергии.

Цепь, прикрепленная к ошейнику, была закреплена на стене, оставляя настолько мало свободы движений. Тесса и представить себе не могла, как этот мужчина вообще может есть или удовлетворять свои нужды. На нем были свободные льняные штаны. Точно такие же, какие выдали Вальтеру. Но его торс оставался обнаженным, открывая ей идеальный вид на метки, тянущиеся вдоль всей левой руки.

Роан заскулил рядом с ней, и припал к полу, когда Тесса шагнула вперед и положила ладонь на стекло. Мужчина поднял голову, их взгляды встретились. Его ярко-сапфировые глаза пронзили ее насквозь, и она резко вдохнула.

Медленно проведя кончиком пальца по стеклу дугой, она спросила:

— Кто ты?

Мужчина не ответил. Он просто удерживал ее взглядом, неподвижный, словно статуя.

Роан снова заскулил, и взгляд мужчины опустился на волка.

Тесса приподняла брови.

— Ты его знаешь, — сказала она, опускаясь на корточки и почесывая Роана за ушами. — Тогда ты, наверное, знаешь и кто я?

Наконец он заговорил, его голос был хриплым и грубым. Тесса невольно задумалась, когда в последний раз он произносил хоть слово:

— А ты знаешь, кто ты? — спросил он.

Она одарила его понимающей улыбкой:

— Дочь дикой ярости.

Он не отводил взгляда, и она заставила себя не дрогнуть под его пристальным взглядом. Спустя долгую паузу она больше не могла выносить тишины и сказала:

— Ты похож на кого-то, кого я знаю.

Она заметила проблеск интереса, но он сразу же исчез.

— Тебе не положено здесь быть, — наконец произнес мужчина.

— Я могу ходить, где захочу.

— Я имею в виду здесь. В этом дворце.

— А тебе положено здесь находиться? — парировала она, вздергивая подбородок.

К ее удивлению, он хрипло рассмеялся

— Ты упряма и воинственна, как она.

— Как кто?

Он пошевелился, вытянул ноги перед собой и скрестил лодыжки

— Ты сказала, что знаешь, кто ты.

Тесса, нахмурившись, опустилась на пол. Роан придвинулся ближе и положил голову ей на колени.

— Ты раздражаешь, как он.

Губы мужчины дрогнули в знакомой манере, от которой ей захотелось что-нибудь ударить.

— Почему тебя заперли здесь?

— А почему вы держите Лорда Ариуса здесь? — ответил он вопросом на вопрос.

Тесса откинулась назад, опираясь на руки:

— На это есть разные причины.

— Уверен, некоторые из них те же самые, по которым я нахожусь здесь уже десятки лет.

— Ты всегда так уклончив?

— Когда я не доверяю кому-то и подозреваю, что это очередная попытка выудить у меня информацию, то да.

Она улыбнулась:

— Я даже не знаю, кто ты. Думаю, я не должна была тебя даже найти.

— Ахаз ничего не делает без умысла.

— Ты имеешь в виду Рордана?

— Я не оговорился, — ответил мужчина.

— Ты говоришь так, будто знаешь его лично, — фыркнула Тесса.

Мужчина промолчал

Тесса подалась вперед:

— Откуда ты?

— Откуда ты? — тут же ответил он.

— Отвечать вопросом на вопрос — раздражает, — проворчала она.

После нескольких минут молчания она вздохнула и поднялась на ноги. Это было бессмысленно.

Но едва она сделала первый шаг прочь, он снова заговорил:

— Тебе не положено здесь быть.

— Ты уже это говорил, — бросила она, оглядываясь через плечо.

Он покачал головой, и цепь, соединявшая ошейник со стеной, звякнула:

— Нет, Тессалин. Тебе не положено здесь быть. Она думала, что сможет спрятать тебя здесь, но он всегда все знает.

Тесса повернулась к нему лицом, прижав ладони к стеклу:

— Хватит этих загадочных намеков! — резко бросила она.

Свет вспыхнул, энергия потрескивала, просачиваясь в магию стекла. — Кто ты?

— Это так похоже на ее ярость, — произнес он, и Тесса могла поклясться, что в его голосе прозвучала нежность.

— Но это не ответ на вопрос, — возразила она. — Ты знаешь мое имя. Справедливо, если я буду знать твое.

— Я не могу его назвать, — сказал он с насмешливым выражением лица, слишком хорошо ей знакомым.

— Не можешь или не хочешь?

Он пожал плечами:

— Последнее, полагаю.

Она раздраженно фыркнула.

— Но знай одно, дочь дикой ярости, — произнес он, удерживая ее взгляд. — Они используют тебя, если ты им позволишь.

— Ты думаешь, я этого не знаю?