- С дочкой непонятно. Я оплатил ночное пребывание в детском саду. Там Лена рядом...

- Чего тебе непонятно, Айдаров? - с досадой в голосе.

- Спросил её про отца, очевидно, она его не знает. Точно не вот этот вот, - киваю я с отвращением на банкира. - В ее версии, отец в Африке дрессирует Львов.

Медведев тихо угорает.

- С юмором у тебя Кошкина, да?

- Не без этого, - вздыхаю я.

- Я, Лёва, не догоняю, ты банально тупишь сейчас или у тебя на фоне произошедшего когнитивное расстройство какое-то?

- В смысле?

- Хм... Давай посчитаем. Тебе - двадцать девять. Алене - шесть. Отнимаем год беременности. Получаем твои двадцать два...

Тупо смотрю в стену. В груди вдруг судорожно сжимается от страха.

Открываю рот, чтобы опровергнуть эту невозможную версию. Отрицательно качаю головой.

- И прибавляем ничем больше неоправданное сходство Лены и Алены.

Открывая фотки на телефоне, сует мне в лицо.

Мля... точно... это же не Лена!... Вот на второй фотке - Алёнка!

Оо...

- Прибавляем эту дичь про отца - дрессировщика "Львов". Явный троллинг со стороны бывшей. Ну нет другого варианта, Лева. Не тупи.

- Этого быть не может! - подлетаю я на ноги. - Не может! Категорически! Понял? Не моя она!

- Категорически, Лёва, это когда ты своими причиндалами в женщину не тыкал. И то есть варианты! А в твоем случае... А вообще - тупи, дружище, дальше. Дочка подрастёт - оценит, - ядовито.

- Аленка - не моя дочь.

- Не понимаю, почему тебя так пенит эта версия? - хмурится Медведев.

- Потому что!

Падаю обратно на лавочку.

Поставив локти на колени прячу лицо в ладонях.

Ты же не сделала бы так, правда, Кошкина? Ты, конечно, жестокая принципиальная сучка. Временами.

Но это совсем зашквар!

Ты бы так не сделала с нами, правда?

Или - сделала бы?...

Поворачиваюсь к терпеливо сидящему рядом Медведю.

- Но... если бы она была моя... Разве не должна была мне Марьяна дать шанс на отцовство? Ну хоть мизерный... Просто сообщить!

- Откуда я знаю, что ты там выкинул, Лёва? Просто так беременные жены от мужей не уходят. Тем более - к маме. Может, нажестил, напугал...

- Напугал?! Кошку?? - с недоумением смотрю на него. - Ты чего, Медведев? Ты семь лет меня знаешь.

- Обидел, может.

- А она меня не обидела?! Ребенок при чем здесь?!

- Я, Лёва, не психолог. Я не знаю. Но вернулась она же к тебе после той конференции.

- Я принять её должен был?! После гулек с другим мужиком?!

- После гулек - нет. После конференции - да. И здесь большой вопрос правомерности твоих интерпретаций.

- Ой, всё! - раздраженно взмахиваю я руками. - Все со стороны охрененно мудрые и адекватные, пока сами в такую ситуацию не влипают! Вспомни себя, Марью свою и Зайца. Что-то не припомню я адеквата!

- Это - да... Но ты же спрашиваешь мнение со стороны? Вот, я его тебе и озвучиваю. Кошкину твою не оправдываю. Но и тебя не спешу тоже. Вы два взрослых идиота, а ребенок не виноват. И он твой. Тест ДНК сделай, если не видишь очевидного.

- Тест ДНК?! - с нервной улыбкой качаю отрицательно головой. - Думаю, если я посмею, Кошкина перегрызет мне глотку.

- Почему?

- Потому что именно из-за этого она и ушла. Моего выпада про гребаный тест днк...

Глава 7 - Нокаут (Флешбэк)

В моей двери другой замок. В телефоне - новая симка.

Я не хочу говорить с ней. И видеть ее не хочу! Никогда больше.

Уехала - счастливого пути! Я предупреждал, что обратно дороги не будет.

Я повторяю себе это с завидной регулярностью.

Но спать не могу совсем. Жгущее чувство в груди изводит. Дотягиваюсь до телефона и, воя внутри, решительно убиваю все фотки с ней.

Вот это - день нашего знакомства. Гордячка и бровью тогда не повела...

Лучше бы мы не встретились. Падаю лицом в подушку. Прооравшись, несколько раз вколачиваю в диван кулак. Перевернувшись на спину, дышу, пытаясь преодолеть не отпускающее удушье.

Надо было просто пристегнуть её к батарее и все!

Все? Реально, Айдаров?

Это же не вопрос места ее нахождения. Если она хочет ехать с ним, то зачем она мне здесь? Пристегнутая к батарее. Нет...

Нахрен она мне здесь тогда не нужна.

Пропади пропадом, Кошка. Ты свой выбор сделала!!

В наше свидетельство о браке, висящем на двери, воткнуто три дротика.

Не могу спать... совсем не могу... в груди полыхает пробитая дыра.

А иногда меня срывает, и внутри себя я, как мальчишка погружаюсь в спасательные фантазии о том, что она обязательно вернётся, и найдет способ убедить меня, что ничего не было, что любит она только меня, а поехала, потому что упрямая дура! И я поору на нее и... приму обратно. И смогу нормально дышать, черт возьми!