Поднимает с декоративной консоли под зеркалом статуэтку - маленький нелепый глиняный щенок, что лепили я маленький на день рождения мамы.

- Мне кажется эта вещь здесь не смотрится...

Грубо вырываю вещицу из ее руки.

Ненавижу их! И отца и эту тварь, и ее дочурку. Стервятники.

Иду к выходу.

- Сэм! Ты куда в такую рань? - в спину бросает отец со стороны кабинета.

- Мне нужно в город.

- Возьми водителя.

Нет, нельзя водителя. Он стукач.

- Я с Минаевым, - на ходу придумываю я.

Это мой одноклассник и наш сосед.

- Мы договаривались на их тачке.

- Может, возьмешь с собой сестру, пусть бы проветрилась перед школой. Посмотрела город.

- Моя сестра умерла шесть лет назад. Или ты забыл?

- Семён!

Вылетаю на улицу.

В соседнем квартале сажусь в машину к Вере. Упираюсь коленями в бардачок. Смотрю на свой заспанный фейс в зеркало, поправляя прическу.

- Блин... тесно как у тебя!

Чуть заметно улыбаясь, Вера осторожно ведет машину.

- Где кнопка, чтобы отодвинуть кресло?

- Кнопка? - качает головой. - Под креслом рычаг.

- Неудобно как... - наклоняюсь, бьюсь лбом о бардачок. Психуя луплю ему кулаком сдачи. Отыскав рычаг, дергаю, отъезжая назад.

- Динозавр какой-то! Купи себе поновее что-нибудь, с автоматикой.

- Не могу.

- Почему?

- Мне деньги на обучение сына нужны. Экономлю...

- А...

Вера любит своего сына. И мне тоже достается немного крох с этого барского стола. Но я скотина не благодарная. Благо, и Вера, стойкий и не обидчивый солдат. Всё спускает мне с рук.

В клинике пахнет хорошим освежителем воздуха. Везде цветы... Но на окнах решётки. И два здоровенные санитара всегда готовы к работе.

Я стою возле маминой палаты с колотящимся сердцем. Дверь приоткрыта.

Вера говорит с мамой. Я слушаю их голоса.

- Вера... а когда приедет Сёмочка? Почему мне не позволяют увидеть его?

- Катя... Сёма вырос.

- Я знаю. Ему уже наверное одиннадцать.

Мамино время остановилось в год смерти моей маленькой сестры. А я к несчастью начал взрослеть. И...

- Сема приехал. И очень хочет увидеться с тобой. Но ему уже семнадцать...

Сначала было двенадцать, потом тринадцать и так далее. Эту речь я слышал сотни раз. Но мама ее словно не понимает.

- Он зайдет, ты его скорее всего не узнаешь.

- Ну что ты, Вера! Как я могу не узнать сына?!

- Семён...

Я захожу в палату.

- Мам... привет, - с тоской смотрю в ее светлые глаза.

Она начинает с тревогой заламывать руки.

- Мам, это я, Семён.

- Зачем вы мне врёте? Кто этот парень?! Зачем он пришёл? - начинает плакать она. - Где мой Сёмочка?! Зачем вы надо мной издеваетесь?

Ставлю молча ей на тумбочку статуэтку щенка.

В общем-то, все как всегда. Я уже не пытаюсь биться в эти ворота. Маленький сильно переживал...

Сейчас просто молча выхожу и жду, пока Вера успокоит ее истерику. И мы поедем домой.

Как-то так...

Глава 4 - Гад

Не притронувшись к завтраку, выхожу на балкон. Внизу мама с Павлом.

- Ася! Поторопись! - заметив меня.

Не терпится меня сплавить?...

На софе у окна несколько костюмов на вешалках в прозрачных пакетах. Идеально отглажены. Как я их должна утрамбовать в чемодан?! Все помнется...

Разглядываю.

Все в одинаковом стиле - белый, синий, клетка.

Первый - брючная тройка. Второй - юбка плиссе и лаконичная блузка. Третий - юбка-карандаш, блузка с корсетом, галстук с брошью. Последний, судя по всему, парадный. Это всё форма.

И как мне ее поддерживать самостоятельно в таком идеальном виде, я понятия не имею. Надеюсь, там будет утюг.

Засовываю в чемодан пакет со спортивной формой, купальником и костюмом для тенниса.

А я не умею толком плавать. В теннис я не умею играть тоже. И неуверенна, что хочу научиться.

Мне настолько тревожно, что всю ночь я не спала, а с утра проснулась с тошнотой и сосущим ощущением под ложечкой.

Я домашний ребенок, и никогда нигде не была сама по себе.

Возможно, там не так уж и плохо. Этот Семён наверняка просто запугивает. Из вредности.

Вот, что за человек?... - закатываю я глаза.

Четыре пары обуви... чулки...

Никогда такое не носила.

Короткий стук в дверь.

- Да... - с досадой мямлю я.

Это точно не мама. Мама никогда не стучит. Это Вера.

- Доброе утро, Ася. Я пришла помочь.

- Доброе...

- Ты не поела, - смотрит на нетронутый омлет.

- Если я съем меня вырвет, - жалобно смотрю на нее.

Достаёт из кармана фартука мятные таблетки. Вкладывает мне в руку.

- Все будет хорошо.

Осматривает меня.

- Брючный костюм. Туфли с тупым носком. Коса.

Поднимает мою кисть, разглядывая мой пёстрый маникюр.