— Вам стоит отдохнуть и набраться сил. Скорее всего, это шоковое состояние, отрицание того, что произошло. Вы вспомните, возможно, не сразу, со временем, не переживайте, — Дмитрий Семёнович не терял самообладания. И добавил:

— Я зайду к вам после обеда. Мы поговорим и найдём пути решения проблемы. Отдыхайте.

Медсестра спросила, помнит ли девушка родственников, может ли сказать телефон. Яна, конечно, не помнила, она не знала! Её оставили одну. Хотя нет, не одну. Палата была небольшая, рядом с ней была ещё одна койка, пустая, а дальше кто-то лежал, скорее спал.

Палата отличалась от привычных ей лучшим состоянием, хотя жила она в городе миллионнике и два раза лежала в центральных больницах. И кровати удобные. А ещё она не видит пластика в палате. Уже привычный в её мире, заменяющий всё, что можно, вездесущий пластик. А здесь им даже и не пахло.

Сон сморил быстро, а разбудили её тихие звуки. Яна открыла глаза и увидела своего врача, тихонько разговаривающего с соседкой по палате. Поговорив недолго, Дмитрий Семёнович подошёл к ней.

Улыбнувшись, участливо спросил:

— Ну что же, я смотрю, вы отдохнули. Как себя чувствуете?

— Неплохо. Только я не вспомнила ничего. Я не знаю, кто я, как сюда попала.

Она рассказала врачу всё, что помнила. Дмитрий Семёнович ответил, что ему придётся вызвать стражей, но ей не о чем волноваться. Служба стражей сделает всё, чтобы найти её родных. Через несколько дней спадут отёки, её сфотографируют, а запрос на поиск дадут уже сегодня завтра по её описанию.

Медсестра выполняла просьбы и была приветлива. Успокаивало то, что попала Яна в нормальную больницу, да и с врачом повезло. Понять бы ещё, кто она, кем стала, почему оказалась в чужом теле, где хозяйка этого тела, куда делась? Вспомнит ли она хоть что-нибудь, или память исчезла вместе с хозяйкой, а Яне досталось только тело?

После всех процедур врач ушёл. Ещё одно отличие от её мира — стражи. Звучит, как что-то средневековое, а мир современный. Машины она помнит, лежит она в больнице. Размышляла Яна недолго и вновь стала проваливаться в сон. Дмитрий Семёнович сказал, что из-за сотрясения у неё будет сонное состояние. Ко всему на постоянную сонливость влияли лекарства. Она заснула.

Стражи пришли утром, после завтрака. Похожи были на полицейских, одеты они были в форму. Только вместо погон на плечах Яна увидела у них значки справа на груди. Их было двое. Стражи разговаривали с ней долго, обстоятельно, переспрашивали, уточняли незначительные подробности. Она вспомнила даже то, что не помнила до них. Профессионалы.

Её смутило то, что они нахмурились и переглянулись, услышав рассказ о том человеке, который кричал на неё и отшвыривал от себя, а потом приказал выбросить вон, и о тех, кто выкинул её в лесу. Жаль, что внешность их была в её воспоминаниях размытой, и точного описания она дать не смогла.

Воспоминания о том дне снова всколыхнули память о Владимире, и её прежней жизни. Только присутствие сотрудников правопорядка держало её в рамках, хотя желание разрыдаться накатывало волнами. Как только те ушли, сдерживаться она больше не могла, громко зарыдав.

Контролировать она себя перестала и только рыдала всхлипывая. Прибежала медсестра, затем и врач, вкололи ей что-то, пытаясь успокоить. Она начала проваливаться в благословенный сон.

Через пару дней в обеденное время в палату практически ворвалась женщина средних лет.

Глава 3

Она подбежала к Яне и обняла. Расплакалась.

— Доченька, как я волновалась. Наконец-то я тебя нашла!

— Вы моя мама? Вы знаете, я ничего не помню… — ей было немного неловко, то ли из-за обмана, то ли из-за того, что она не знала эту женщину. А та так тепло, но осторожно обняла её, да и смотрела с искренним сочувствием.

— Врач уже передал, что у тебя проблемы с памятью. Но я не думала, что ты забыла всё! — возмущённо ответила она. Яна видела, что та излишне взволнована, но если это родная мама той девушки, то ничего удивительного в этом нет.

Яна вздохнула:

— Я не помню даже себя, — ответила растерянно. К таким ярким эмоциям от новой мамы она была явно не готова.

— Ты, главное, не волнуйся. Врач сказал, что нужно как можно меньше волнений. Я тебе помогу во всём. И Даша тебе поможет, ты для неё любимая старшая сестра, — с грустной улыбкой добавила: — Даша — твоя младшая сестра. Не переживай, мы справимся. Ты всё вспомнишь, обязательно.

Через два часа маме пришлось уйти. Но за это время теперь уже Алина узнала не только своё имя. Маму звали Валентина, и воспитывала она их с сестрой уже три года одна. Муж умер на службе — несчастный случай. Валентина с мужем работали, пока девочки учились, а тот занимал очень хорошую должность. Поэтому у них была большая квартира и накопления в банке.