Его шёпот, волшебные поцелуи и то нежные, то страстные ласки затуманили разум, слова подкупали, манили согласиться.

— Да, Федерико, да, — она притянула его голову для поцелуя, требуя продолжить, сама начиная целовать, показывая, насколько сильно она согласна.

От поцелуев Федерико жар волнами расползался по телу, и Алина, закрыв глаза, полностью отдалась этому восхитительному ощущению. Его руки скользили по спине и плечам, забрались под халатик, приятно поглаживая. Федерико отстранился и стянул с неё бельё, а потом обнял, крепко прижав к себе.

Алину окутал знакомый запах её мужчины, она обняла его за плечи, а поняв, что Федерико всё ещё полностью одет, начала расстёгивать пуговицы на рубашке. Пуговки были маленькие, пальцы не слушались, и Федерико резко рванул рубашку, распахивая её. Он быстро расправился с одеждой и прижался к Алине, продолжив поцеловать сладко и горячо. Поцелуи не заканчивались, руки открывали для себя новое и неизведанное в ней, поглаживая так умело, так правильно. Алина пробовала принять участие, даря в ответ радость прикосновений, но быстро сдалась, получая удовольствие от прикосновений губ и рук, растворяясь в ласке и страсти.

Как верно, как правильно, его нежность и страсть были только для неё, Алина чувствовала всем естеством его отклик. Миг, и она стала его, движения и стоны заполнили комнату, древний танец любви повелевал ими.

Федерико был страстен, ощущения обострились и на пике Алина почти не почувствовала укуса в шею. Их кровь смешалась и мир изменился.

Она вмиг поняла, осознала его чувства и почувствовала их связь. Как прекрасно, как волшебно было так остро ощущать своего мужчину, своего любимого. Неужели обретение истинного — это всегда так?

Алина засыпала, когда почувствовала руку, по-хозяйски уложенную на талию.

Наутро её метка на запястье исчезла. Алина заметила это не сразу. Проснувшись привычно рано, ведь Ангелину нужно было кормить, она лениво зашевелилась, собираясь встать. Почувствовав чью-то руку на талии, она резко распахнула глаза, а в памяти мгновенно пронеслись картинки вчерашней ночи.

Федерико медленно открыл глаза, нежно захватил её руку и лениво поцеловал её в ладонь, потом коснулся запястья, довольно заметив:

— Вот и всё, милая, теперь не убежишь от моей любви, — он с улыбкой перевернул её на спину, нежно коснулся губ поцелуем, предложив,— давай поваляемся ещё в кровати, я ещё не всё здесь изведал. Тем более теперь наслаждение получают и мои глаза. Нельзя же лишить их лицезрения такой красоты.

И он прошёлся поцелуями по уголку губ, спускаясь к шее, переходя на грудь, явно собираясь там остановиться надолго. Алина остановила его.

— Федерико, мне нужно выйти и дочь покормить.

— Дочь покормить? А, да, конечно, — он быстро встал, добавив с улыбкой, — жди здесь, никуда не уходи. Я её сейчас принесу.

Дверь закрылась, а Алина подумала, что зря Федерико пошёл в комнату голым. Хотя, что ему будет, он же оборотень, да и Франческа обычно не поднимается к ним так рано. Услышав шум в коридоре, через секунды она увидела Федерико, входящего с малышкой в комнату.

Тот как ни в чём не бывало положил Ангелину на кровать, а та довольно закряхтела, явно почувствовав маму рядом. Тем более теперь, когда запах Алины больше не будет скрыт, её дочь всегда будет ощущать его.

— Я хочу покормить её, вон, уже кряхтит. Оставишь нас ненадолго? Или можешь пока душ принять, одежды для тебя здесь нет, придётся пока эту надеть, — показала взглядом на одежду, что была разбросана вокруг кровати.

— Не волнуйся, я встретил Франческу в твоей комнате, девочка проснулась, должно быть волновалась, так как не чувствовала тебя рядом. Видимо, малышка только-только проснулась, а Франческа поняла, что тебя в комнате нет. Вот и возилась с ней. Я распорядился, мне скоро принесут одежду, можем не спешить, покорми малышку пока, я полежу рядом.

Алина смутилась, ведь Федерико удобно расположился на кровати, с интересом посматривая на неё и дочь. А ведь он столкнулся с Франческой в комнате, будучи обнажённым. Вот что за звук услышала Алина. Франческа явно не ожидала с утра лицезреть обнажённого сеньора. Каков, а! Неужели все оборотни таких свободных нравов?

Посматривая на Алину, кормившую дочь, Федерико всё же поднял вопрос об их будущем, вполне цивилизованно предложив обсудить все вопросы её переезда за завтраком, а после и за утренней прогулкой. На вопрос Алины о его постоянной занятости, тот ответил:

— Теперь у меня в жизни ты — самая важная часть. А зная твой характер, я готов к уступкам. Тем более нужно обсудить письмо, которое я получил вчера.

Алина переспросила:

— Письмо, оно касается меня?

— Да, от твоего бывшего мужа.

Глава 93