Внутри все сжалось. Он намекает, что будет удерживать меня здесь против воли? От возмущения я вскочила на ноги. Из-за резкого подъёма закружилась голова, в глазах потемнело, и если бы не Герман, подхвативший меня на руки, я бы точно рухнула обратно на кровать, а то и вовсе на пол.

— Я просто имел в виду, что тебя никто не осудит за то, что ты здесь, — прошептал мужчина, осторожно погладив меня по спине.

Мимолетное прикосновение было подобно разряду тока.

— Ну да… — проговорила, с трудом возвращая себе зрение и успокаивая разбушевавшийся вестибулярный аппарат. — А главное, никто не удивится. Просто очередная девица в вашей постели.

Я и сама не заметила, с какой горечью это произнесла. С какой болью. А когда спохватилась, то было уже поздно. Нагицкий прищурился, явно поняв больше, чем я бы хотела.

— Да. Ты права. Отчасти. Но я бы сказал не так. Очередная девица, разочаровавшая меня, — он отстранился, — так будет точнее.

Два шага в сторону, и он выдвинул ящик из стоящего у стола шкафчика. Достал что-то и, повернувшись, бросил это мне.

Я поймала на лету, а когда поймала…

Краска прилила к щекам. Чертовы таблетки! Совсем про них забыла.

Закусила губу до боли, чтобы хоть как-то встряхнуться. Что ему сказать? Что не собиралась принимать? Что они оказались у меня случайно? Но почему вообще я должна что-то ему объяснять?

— Я не собираюсь оправдываться, — сказать эту фразу стоило больших усилий.

Подняла глаза на него, сжимая губы в тонкую линию. Только бы не дрожали! Только бы не расплакаться!

Нагицкий в ответ на это приподнял одну бровь, чуть склонив голову. Весь его вид говорил: «Ну-ну… это мы еще посмотрим».

— Где моя сумочка? Мне нужен телефон, хочу вызвать такси.

Я понятия не имела, где он живет и во сколько мне обойдется поездка до дома, но оставаться с ним не хотела больше ни секунды.

— Я думаю тебе будет лучше остаться у меня. — его ноздри затрепетали, глаза чуть сузились. — Просто хочу убедиться, что аллергия была случайностью, и никто не пытался тебя отравить.

Кому могло понадобиться от меня избавляться? Да и дома мне бы было намного спокойнее.

— Мне это хорошей идеей не кажется… — начала я, но он меня перебил.

— Ты меня не слышала? Я говорю, что речь может идти об отравлении. Может быть, тебе словарь принести, чтобы ты посмотрела значение этого слова?

Последнее он буквально прошипел мне в лицо.

«Мамочка», — пронеслось в сознании.

В театре никто и никогда не слышал, чтобы Герман кричал или даже голос повышал на кого-нибудь. Напротив, если балетмейстер расходился, он всегда делал тому замечания, чтобы тот был мягче с коллективом.

Но вот сейчас такое шипение было даже, кажется, страшнее, чем если бы он просто наорал на меня. Вид взбешенного до крайней степени Нагицкого вызывал нервную дрожь. И еще больше – желание бежать из этого дома. Казалось, еще чуть-чуть — и меня просто придушат в порыве эмоций.

— Что же… — я на всякий случай сделала шаг назад, упираясь в кровать. — Если бы это было так, то вы с вашими волшебными друзьями-монстрами уже наверняка нашли бы кто это сделал.

Еще я бы сама понимала, что это за такие «друзья-монстры».

«А что если меня сейчас пытаются удержать не потому, что кто-то покушался, а потому что я слишком много видела?»

От этой мысли спину прошибло волной холодного пота. Все-таки надо было валить к родне на Урал, пока был шанс.

— Я проверил бармена, твоего партнера — они этого не делали. А также тех из посетителей, кого удалось распознать на камерах… Но народу было много, а стол рядом с проходом, так что там не видно, подсыпалось что-то или нет.

— Проверили? И как вы это сделали? — осторожно пятясь, начала обходить кровать, пытаясь найти глазами сумку, но ее нигде не было.

— Сам лично — никак, — отвлеченные вопросы явно успокоили мужчину, потому что он уже не выглядел таким грозным. — Проверили другие, по моему поручению. А как… думаю, тебе лучше не знать.

— Оу, опять друзья-монстры? — с видом глубокого знатока кивнула я.

— Опять друзья-монстры, — мрачно подтвердил Герман.

Шажок за шажком я добралась до окна. Высоко. Гораздо выше, чем мог быть второй этаж. Внизу виднелись кусты, за ними – лужайка и забор, а за забором – улица с красивыми частными домами. Место показалось знакомым. Возможно, это какой-то район города.

— А тот… что был в клубе, — я спросила, чтобы потянуть время и придумать хоть какой-то план. — Это был владелец «Алмаз-мед»? Тот самый?

— Нет, его родственник. А что значит «тот самый»?

Мне показалось, или в голосе Нагицкого прорезались ревнивые нотки? Кто бы мог подумать, что мистер «сплю со всем, что движется» может быть собственником?!

— Я слышала, что владелец клиники людей на органы разбирает. Сначала думала — это бред, а вот теперь не уверена, — простодушно ляпнула я, не успев вовремя прикусить язык. Ну вот кто меня просил? Если я действительно здесь за то, что много знаю, то я только что выписала себе пожизненное содержание. — Вполне в духе «Кошмара на улице Вязов».