-Элли... - к нам начала приближаться матушка, слышавшая каждое слово.

-Я... я правда не могу. Вам лучше станцевать с Доротеей, - пробормотала еле слышно, наконец, решаясь. Схватив жениха за руку, я протянула его руку к Доротее, соединяя их руки, и спешно отошла.

-Элли, что это означает? - ко мне подошла мама, в то время как Оливер и Доротея так и не сдвинулись с места, оба смотря на меня. Будущий герцог был в ярости.

-Прости, мама, я подвернула ногу… Я не смогу танцевать. Доротея заменит меня, - мой голос звучал увереннее. Очевидно, что та часть разума, которая управляла моим телом, приняла решение и теперь стояла на своем. Я даже чувствовала, что страх и волнение немного спали.

В другом конце зала началось волнение. Музыка играла уже добрые две минуты, а танцы так и не начинались. Все, абсолютно все в зале смотрели на Оливера, меня и Доротею, вряд ли понимая, что происходит. Я по-прежнему видела короля за счёт того, что зона в середине зала была свободна для танцев. Король шепотом спросил что-то у мужчины, стоящего ближе всего к нему, и этот мужчина сразу же направился к нам.

-Ваша Светлость, давайте начнем, пока мы не привлекли слишком много внимания, - нежно прошептала Доротея, осторожно коснувшись свободной рукой плеча Оливера. Сестра с мольбой посмотрела в его глаза, всячески демонстрируя, как она хочет поскорее решить и замять эту неудобную ситуацию.

Оливер молчал ещё несколько секунд, одаряя меня взглядами, полными ярости. Затем он поднял одну руку Доротеи, вторую положил на ее спину, и они начали танцевать.

Кроме музыки, в зале царила абсолютная тишина. Оливер и Доротея медленно кружились в вальсе в середине зала, в одиночестве, как и полагается открывающей паре. Все взгляды были устремлены на них, хотя периодически люди бросали взгляды в мою сторону, на матушку и даже на отца и Алека. Где-то раздались несколько смешков, кто-то начал перешептываться. Наконец, через несколько минут, казавшихся вечностью, ещё одна пара присоединилась к танцу, а затем ещё две.

Я нервно выдохнула.

Середина зала постепенно наполнилась танцующими парами, и зал наконец то ожил разговорами. В это время матушка направилась ко мне и, резко схватив за плечо, отвела к отцу, стоявшему в небольшом отдалении.

-Какого черта Эллия? Как ты могла так нас опозорить?! Ты всего лишь должна была станцевать первый танец. Годишься ли ты хоть на что-нибудь?! - сердито шептала мама, но ее шепот воспринимался мною как крик. Она не позволила бы себе повысить голос, чтобы не разрушить нашу репутацию ещё больше.

Шокированная, я замерла, открывая и закрывая рот, не зная, что сказать. Мама никогда раньше не разговаривала со мной таким образом. С годами наши отношения становились все более отдаленными, но я по-прежнему стремилась быть идеальной дочерью – выполняла все их просьбы, никогда не спорила, соглашалась с ними, стремилась заслужить их одобрение. С появлением Доротеи, маленькой копии матери, внимание мамы ко мне почти полностью исчезло.

-Боже, почему именно ты родилась первой? Почему не Доротея? Что теперь скажут соседи, что скажет король... За что мне такая дочь? - Мама не могла остановиться, нервно ходила из стороны в сторону перед отцом.

От боли в сердце у меня помутнело в глазах. Да, мой поступок был безрассудным, но то, что мама произнесла, вряд ли было вызвано только сегодняшним днём. В ней кипело долгое недовольство мною.

-Мойра, - отец предупредительно посмотрел на маму, пытаясь пытаясь донести ей взглядом, что сейчас не место и не время.

-Я… Я подвернула ногу, мама, - мой голос дрожал, а в глазах жгло, но я не хотела, чтобы кто-то увидел мои слезы. - Я скоро вернусь.

Сделала несколько шагов в сторону балкона, но вскоре остановилась. В горле застрял комок, перед глазами плыло, но я не хотела большего позора для нашей семьи, поэтому изобразила улыбку на своем лице. Немного успокоившись, я медленно продолжила свой путь к одному из балконов. На этот раз я еле заметно прихрамывала, моя вторая половина сообразила, что нужно изображать боль в ноге, коль я решила использовать это как повод отказаться от танца с женихом.

Я пребывала в лёгком шоке и пыталась понять отношение матери ко мне. А ещё я хотела быть целой, я хотела, чтобы я и моя вторая половина, наконец-то, были вместе, чтобы я могла использовать опыт моей предыдущей жизни и не позволять окружающим обижать меня.

"Ты достойная, ты нормальная, ты хорошая," - повторяла я в своей голове, надеясь, что другая часть моего разума услышит меня. Я не могла контролировать эмоции, я не могла контролировать действия, я вообще ничего не могла.