— Понимаешь, когда я покинул этот мир, за время поисков сильно ослаб и никак не мог проконтролировать то, что здесь творилось, а Светлая воспользовалась моим отсутствием и перекрыла все потоки темной силы из источника к душам, пришедшим воплотиться в новорожденных. Вот и все. Я вернулся, набрался сил и все исправлю.

— То есть моя дочь тут ни при чем?

Интриган поганый.

— Я попрошу, — Эрион усмехнулся, — твоя дочь станет символом перемен. Дождемся ее рождения и как заполоним наш мир темными малышами и малышками. — Бог поднялся и протянул мне руку. — Пойдем, провожу тебя к алтарю.

— Вот не надо. У меня есть бабушка.

— А я твой родственник по отцу, — улыбнулся он печально. — Плохой экземпляр получился.

— Да как ты… — я застопорилась.

— Ну а что сказать? Такой сильный. Нашел древние свитки, развил в себе отголосок божественной магии и в итоге слетел с катушек. Печально, — цыкнул мужчина. — Как Виола?

— Хорошо, — машинально ответила я, и только в этот момент на меня словно прозрение снизошло. — Стой, так Виола — она… Она, боже, — ахнула я и выдернула руку с изгиба локтя бога, — мне срочно нужно с ней поговорить.

— Ну вот, — Темный закатил глаза, — может, после свадьбы?

Вот и Виола говорила, что у нее есть ко мне разговор, когда я поблагодарила ее за свое спасение. Ведь она закрыла меня собой. Но разговор Темная перенесла на «после свадьбы…»

— Отправь меня к ней!

Последние слова моей просьбы прозвучали эхом в совершенно другой спальне.

— Рина?

Виола была празднично одета и тоже, как и я совсем недавно, разглядывала себя в зеркале.

— Ты… Ты моя тетя?

Темная слабо улыбнулась.

— Его Высочество тебе все же рассказал? Ведь он так боялся твоей реакции.

— Не понимаю. — Я нахмурилась, но, подхватив юбки, зашагала ближе к Виоле.

— Уильям был не просто участником той секты, он был ее идейным вдохновителем. Зачинщиком всего того ужаса, что творился по его вине.

— А ведь зачинщика Кириан убил собственными руками, — я резко осела на кровать, словно из меня выкачали воздух, — поэтому он чувствовал вину перед тобой?

— Должно быть, — она хмыкнула. — Пока ты не появилась на этом отборе, я была уверена, что он и женится на мне из-за того самого чувства вины.

— Но как ты поняла, что я…

— Не Катарина? — Виола присела рядом. — Я тайно с ней встречалась, пыталась обучить магии, с которой девочке очень не повезло. Когда ты появилась на отборе, я подумала, что ты специально меня сторонишься, делаешь вид, что мы не знакомы, но, когда увидела, как ты построила портал, поняла, что ты не она. Катарина просто на такое не способна.

— Поэтому бабушка разрешила все тебе рассказать?

Виола закивала и тихо-тихо, одними губами, спросила разрешения меня обнять.

— Я не знала, что вас двое, но я очень рада, что Еалана смогла вас уберечь. Мой брат… он… — Темная отстранилась, сглотнула. — В последние годы он напрочь обезумел. Особенно после смерти Еаланы, как он думал. Поэтому не вини Его Высочество. Он попросил меня ничего не говорить тебе до свадьбы, боялся, что ты сбежишь.

Я громко ахнула и тут же прикрыла рот. Вот же. Вот он — единственный интриган. Темному богу в своих стратегиях еще расти и расти до моего будущего мужа. Винила ли я Кириана в смерти своего отца? Нет. Конечно же, нет. Он спас целый мир от безумного мага, истребляющего новорожденных беззащитных детей. Его нельзя было за такое винить.

— Архимаг обещал провести меня в твой мир. К Еалане с Катариной.

— Ну хоть кому-то, — буркнула я себе под нос. — Пойдем уже. А то опоздаю на собственную свадьбу.

Мне Архимаг открыть портал в другой мир не согласился. Пообещал сделать это сразу после родов, мол, нечего подвергать ребенка лишней опасности. А я только сейчас подумала, что это могло быть очередной просьбой Кириана: вдруг он и тут побоялся, что я сбегу, а потому и перестраховался вместе со своим всемогущим братом?

На выходе из покоев Виолы нас ожидал Темный Бог.

— Прошу, тены. — Он открыл перед нами портал и милостиво пропустил нас вперед. Виола вздернула брови, на что я пожала плечами.

— Познакомься с нашим общим дальним родственником. Он же тебя и спас два дня назад.

Выражение лица Виолы, когда она поняла, что перед ней стоял не кто иной, как Темный бог собственной персоной, было непередаваемое. Она, как рыбка, выброшенная на сушу, пару минут часто глотала воздух с выпученными глазами.

Стоило нам войти в торжественный зал, как бабуля отошла в сторону, а затем и заняла место в первом ряду, поняв, что к алтарю меня поведет не она.

Сама церемония была очень похожа на земную: приятная музыка, на мне белоснежное платье — правда, без фаты — и жених, ожидающий меня у настоящего алтаря, на котором стояли две небольшие чаши со светлой магией и темной. Почти такие же, как на самом первом испытании — на проверке на девственность, — но в уменьшенном размере.