— Хорошо, я позову Камиллу. В таком деле, — он опять повернулся к тене Облэйн, — я могу довериться лишь ей. 

— Ваше Величество, неужели всех остальных девушек проверяли вы лично? — спросила Анетти и, когда король кивнул, а затем покрутил одно из колец на пальце, продолжила, словно что-то заподозрив: — И у всех девушек метки были на допустимых местах?

— Да, тена Облэйн, у всех до единой были метки на руках, — торжественно произнес он, будто бы уже уверился нашем обмане.

Бабуля хмыкнула, гордо задрав подбородок на его такую перемену, а я испугалась. И, как ни странно, испугалась я не того, что он не пустит нас на отбор, участвовать в котором я и так не особо-то и хотела, а того, что бабуля расстроится, если моя метка окажется ненастоящей. 

Не знаю, как долго бы продлилась эта немая сцена, но дверь распахнулась и в гостиную влетела эффектная брюнетка в вишневом пышном платье, на вид того же возраста, что и моя бабуля. 

— Тена Альтеро, добро пожаловать в мои покои, но постучать в двери перед этим было бы не лишним, — растянула губы в ядовитой улыбке Анетти, и я поняла, что эта брюнетка — наш враг. Я уловила волны негатива, наполнившие комнату, как будто Анетти задолжала той самой Камилле кучу денег — ну или мужа у нее увела. 

— Это покои вашей сестры, тена Облэйн, не забывайте, — ядовито улыбнулась женщина, прожигая синими глазами бабулю. 

— Это покои рода Облэйн, — холодно отчеканил Кириан, пресекая перепалку. — Камилла, посмотри на метку тены Катарины, чтобы мы наконец-то покинули светлых и дали им отдохнуть с дороги.

Брюнетка кивнула и гордой походкой направилась к моей комнате. 

Вот это наглость. Позавидовать можно. 

Я посмотрела на бабулю, та мне кивнула, и я только тогда, как послушная внучка, развернулась и пошла следом за женщиной в красном.

— Ну, показывайте, тена Катарина, — произнесла она, как только позади меня захлопнулась дверь. Но я вместо того, чтобы отодвинуть край платья, впервые задумалась о том, почему ко мне все обращаются по личному имени, а к бабуле и, получается, вот этой женщине — по имени рода. 

Интересно.

— Ну и? — Женщина сложила руки на груди. — Мне сказать племяннику, что никакой метки нет?

Так вот кто она — тетка короля. Тогда понятно, откуда столько наглости и такое самомнение. Ну и я вообще-то не абы кто, а внучатая племянница королевы другой страны, и подумаешь, что не я, а всего лишь мое тело. Это совершенно неважно. 

— Почему же? Все есть, тена Альтеро. — Не знаю, откуда во мне взялась такая непоколебимая уверенность в том, что метка именно та самая.

Совершенно внезапно я успокоилась и, расслабившись, отодвинула ворот платья, показав свою татуировку.

На изменившееся лицо брюнетки было приятно смотреть, в первый момент она даже не смогла сдержаться и показала, как ее всю перекосило от злобы, потом все же взяла себя в руки, но было поздно. 

— Достаточно? 

— Нет, нет, — прокашлялась женщина, сделала шаг ко мне и подняла руку, из которой вылетел темный шарик. Он, соприкоснувшись с моей татуировкой, словно впитался в неё. Меня обдало холодом, и я задрожала.

— Что же, — задумчиво протянула женщина, наблюдая за мной на этот раз как-то по-другому, теперь она смотрена изучающе, словно оценивала мои шансы, — добро пожаловать на королевский отбор, тена Катарина. Сегодня можете ещё передохнуть с дороги в покоях вашего рода, а завтра переедете в крыло для невест короля.

— А почему… 

— Я распорядительница этого отбора, — перебила она меня, но все же ответила именно то, чем я и хотела поинтересоваться, — и в дальнейшем вы будете слушаться только меня и короля. На время отбора вы должны забыть о своём титуле и положении. Всего вам доброго, тена Катарина, — кивнула она мне и покинула комнату. 

Я уже хотела пойти за ней, как поняла, что не нужно. Возможно, это верх бескультурья — не попрощаться с королем, но мне было обидно. 

За бабулю, за себя. 

А ещё я устала и очень хотела спать. Но ещё сильнее надеялась увидеть во сне незнакомца в балахоне. 

И он пришёл. Он действительно пришёл, даже несмотря на занавешенное зеленой тканью зеркало.

— Я сплю, да? — поинтересовалась сразу же после того, как открыла глаза и увидела незнакомца, сидящего на краю кровати. 

Я не испугалась. Опять. Хотя должна была. 

— Можно сказать и так, Арина. Просто я напрямую взаимодействую с твоим сознанием, пока так. Слишком я слаб, и слишком долго меня здесь не было. 

— Здесь — это в этом мире? — Во рту пересохло, и я встала с кровати, дошла до столика и налила в бокал воды из графина. Если это и был сон, то слишком уж реалистичный.

— Да, здесь — это в моем мире. Как тебе мои подсказки? — в его голосе прозвучала усмешка, и мне до дрожи в руках захотелось скинуть с него этот капюшон. 

Кто он? Как выглядел? Что ему от меня нужно?

— Если вы сейчас про дневники, то я рада, что нашла хоть какую-то информацию об этом мире. Но, к сожалению, я совсем не понимаю, о чем написано в одном из них.