Но убежать не успела. Миг — и Крэаз стремительным движением поймал край платья. Тонкая ткань треснула, потекла вниз, обнажая спину, а я упала в хищные объятья, по-хозяйски сомкнувшиеся вокруг меня.

– Такая нежная, податливая. Такая желанная. Моя!

От горячечного шепота тело охватила истома, и я покорно затихла, не в силах больше сопротивляться, завороженно глядя в расширившиеся от сумасшедшего желания зрачки. Ставшие вдруг необыкновенно бережными руки осторожно потянули невесомый шелк с плеч. Остатки платья плавно заструились вниз, воздушным облаком окружив ноги. Савард замер на несколько секунд, а потом неспешно, словно изучая, провел по моим рукам от запястий до плеч. Одна ладонь, нежно поглаживая, обхватила шею. Другая скользнула к груди.

Сглотнула образовавшийся в горле комок, закрыла глаза и едва не задохнулась, почувствовав, как кончики пальцев, легко надавливая, закружили по ареоле, медленно приближаясь к соску. Казалось, еще секунда, и мужчина пройдется по нему в невесомой ласке. Но, словно испытывая мое терпение, подушечки пальцев повернули в другую сторону, увеличивая амплитуду. И вот уже большая ладонь полностью накрыла мою грудь.

Томное желание разлилось по телу, и, не в силах дольше выносить эту чувственную пытку, я выгнулась навстречу мужчине, подалась вперед, в его руки, словно цветок к солнцу. Да он и был сейчас моим солнцем.

Савард коротко выдохнул, повинуясь молчаливому призыву, сильнее обхватил грудь, сжав ее. Низ живота скрутило спазмом. Стиснула зубы и до боли сцепила кулаки, чтобы не накрыть его руку, заставляя усилить давление. Соски болели от жажды прикосновений, и когда наконец он дотронулся до одного из них, поглаживая и дразня, чуть не застонала от блаженства.

А вот сиятельный не сдержался. Низкий гортанный выдох, и меня буквально вдавили в раскаленное, дрожащее от напряжения тело.

Жар сильных рук, плавящих кожу на спине. Обжигающий огонь быстрых лихорадочных поцелуев на щеках, глазах, скулах, подбородке. Удивительно мягкие, трепетные прикосновения к уголкам губ. Дорожка яростных поцелуев-укусов на шее и легкое скольжение языка, зализывающего места укуса.

Запрокинула голову, ловя воздух полуоткрытым ртом, сгорая под губами, ласкающими шею и ключицы. Время остановилось. Казалось, я взлетела и парю где-то там, в невесомости, высоко-высоко.

Длинные пальцы стянули волосы на затылке и чуть надавили, вынуждая приблизиться.

— Посмотри на меня! — пышущий страстью голос выдохнул полуприказ−полупросьбу.

Подчинилась. Поймала взгляд, пронзительный, жгучий, и утонула в зовущей глубине темно-серых глаз, забывая дышать. Кровь в венах пульсировала гулко и тяжело, тело горело, и я лишь тихо всхлипнула, когда он притянул мое лицо к себе. Настойчивый язык прошелся мягким касанием по напряженным губам, на мгновение остановился, словно пробуя ощущения на вкус, и продолжил движение, надавливая, поглаживая. Умоляя расслабиться, открыться.

— Пусти!

От тихого прерывистого шепота по телу побежали мурашки.

— Я хочу внутрь, Кэти!

Возбужденный, нетерпеливый голос сбил дыхание, обжег мыслью о том, как еще Савард может попасть внутрь, распалил видением того, как сильное тело неистово вбивается в мое, распростертое под ним и послушно раскрывающееся навстречу в вечном танце любви.

— Пусти! — снова потребовал он.

Руки сжали талию, спустились к пояснице, сминая бедра, впечатывая в жаждущего, готового к взрыву мужчину, и я потянулась навстречу, повинуясь. Его рот снова отыскал мои губы и раскрыл их, не спеша, наслаждаясь каждым мгновением. Неожиданно трепетный, щемящий поцелуй унес последние сомнения и колебания.

Приникла к Саварду, трясущимися руками упираясь ему в грудь и жадно глотая теплое медовое дыхание. Он немедленно отозвался, как будто только и ждал этого. Поцелуй стал более глубоким, страстным, прикосновения алчных, ненасытных губ — тверже и яростней. Горячий язык ворвался внутрь, покоряя, беря в плен, подчиняя власти обоюдного желания.

Сиятельный пил меня, словно вбирая саму душу, растворяя ее в себе. И я тонула, падала в этот бесконечный, безумный поцелуй, как в бурлящий водоворот, от которого нет спасения. Мягкие удары языка во рту, соблазняющий ритм его движений окончательно помутили рассудок. Забыв обо всем на свете, запуталась пальцами в густых волосах, подаваясь бедрами в такт этим сладостным атакам. Крэаз глухо зарычал, разрывая поцелуй, подхватил меня на руки и крепко прижал к себе.

— Не бойся, девочка. Я сделаю все, чтобы тебе не было слишком больно, — протяжный, почти беззвучный шепот в плечо.

Я не боялась. Здесь и сейчас я отчаянно хотела принадлежать этому мужчине. Хотела, чтобы он обладал мной. И теперь Савард просто следовал моей воле, исполняя самое заветное желание. Забылось все, осталось только невыносимое вожделение и мужчина, который держал мое трепещущее тело в своих сильных ладонях, стремительно приближаясь к кровати.

Еще немного, чуть-чуть, полшага.