А парад претендентов на мой сегодняшний вечер продолжается.

-- Привет, крошка! Почему такая красивая и одна? -- прыщавый субъект со старательной улыбкой начинающего Казановы.

-- А ты знаешь, в чем разница между настойчивостью и наглостью, -- отвечаю вопросом на вопрос и тут же охотно подсказываю: -- Настойчивость -- это когда тебя домогается привлекательный парень, а наглость -- когда этим занимается непривлекательный.

-- Девушка, вы верите в любовь с первого взгляда? -- а теперь опять шатен. На этот раз невысокий и субтильный.

-- Нет. Походите еще немного, чтобы я могла вас разглядеть. И желательно вон там, в противоположном конце зала.

--В душе я очень верный человек, -- убеждает черноволосый, коротко стриженый крепыш.

-- Охотно верю, -- соглашаюсь весело. -- Жаль только, что кое-что у мужчин находится не так глубоко, как душа, и мешает хранить верность.

-- Позвольте проводить Вас до дома, -- настаивает очередной блондин.

-- Разве что только взглядом, -- сердобольно разрешаю я.

Киска, крошка, солнышко, малышка... Ни на секунду не забываю, что нахожусь в теле Кателлины, а значит, выгляжу не больше, чем на двадцать лет. И, сжав зубы, терплю все эти нелепые прозвища.

Но последнее слишком о многом напоминает и потому выводит из себя окончательно.

-- Сладкая! -- на меня сверху вниз смотрит высокий, подтянутый, самоуверенный красавчик. -- Я решил осчастливить именно тебя. У тебя найдется десять минут времени и двадцать два сантиметра места?

На секунду теряюсь от такой, ничем не прикрытой откровенности. И мне на помощь моментально приходит внимательно следящий за всем со стороны Алекс. Он оттесняет идиота, бросает ему на ухо несколько слов, после которых тот мгновенно ретируется, а потом садиться за мой столик.

-- Чему вы только учите в этой своей школе пикапа? -- говорю преувеличенно возмущенно. -- Сплошные двоечники.

-- Ну, не все так плохо, -- бархатный голос Алекса завораживает. -- Просто ты заранее знала, что сегодня вечером будут охотиться именно на тебя.

-- Тоже мне, охотники, -- смеюсь. -- Жалкие подражатели.

Ну, да, конечно, я знала. Даже больше -- сама предложила хозяину школы, моему давнему приятелю, устроить все это безобразие.

Мужчина улыбается, ласково и нежно. Мягко берет мою руку. Подносит к губам.

-- Что здесь происходит? -- возмущенный рык накрывает нас с головой.

А вот тот, ради кого все это, собственно, было затеяно. Так и знала, что не выдержит. Хотя я просила его сидеть и тихо ждать.

Не спеша поворачиваюсь и спокойно встречаю разъяренный взгляд Саварда.

-- День выбора. Первый этап. Каждый из этих мужчин, -- неопределенный кивок в сторону, -- сейчас демонстрировал мне свои лучшие качества, в надежде, что я выберу именно его.

-- Ты уже выбрала. Меня, -- темнеет лицо сиятельного.

-- Нет. Это ты выбрал меня. Там, на Эргоре. А теперь мы на Земле и вполне можем продолжить незаконченную церемонию отбора.

-- Почему незаконченную? -- недоумевает Савард.

И получает закономерный ответ:

-- Потому, что я еще не выбрала.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга. Он ошарашенно. Я выжидательно.

-- Так ты хочешь что-нибудь сказать? -- тороплю я Крэаза, -- Блеснуть интеллектом, чувством юмора? -- молчание. -- Понятно. Значит, первый этап отбора ты провалил. Переходим к церемонии вручения подарков.

Встаю, киваю на прощание Алексу, и мы идем в соседний, арендованный мной VIP-зал, где уже ждут нанятые на сегодня "Отчаянные волки" -- одна из лучших групп мужского стриптиза.

Удобно располагаюсь в единственном, установленном на возвышении кресле. В углу стоит диванчик, с которого блестят профессиональными улыбками уже готовые к выступлению артисты.

-- Ты что будешь подносить? -- деловито интересуюсь у сиятельного. -- Хвалебную оду в мою честь? Вышивку? Танец? Ладно, -- ободряюще киваю, -- у тебя еще есть время подумать, -- поворачиваюсь к диванчику, -- Вон тот хорошенький мальчик будет выступать в середине, Савард -- в конце. Остальные -- на ваше усмотрение.

Ну что сказать? Шоу я не что, что не досмотрела до конца. Даже не начала толком смотреть.

А как хорошо все начиналось. Знойная, тягучая музыка. Смазливый короткостриженый брюнет сексуально выгибающийся, чтобы можно было лучше изучить его главное достоинство. Я даже невольно увлеклась. Но не успел мужик ловким движением сорвать с накачанного торса жилетку и игриво помахать ею над головой, как его буквально смело в сторону.

-- Мы уходим, -- тоном, не терпящим возражений, изрекает доведенный, судя по всему, до предела Савард.

Не возражаю. Надо уметь вовремя остановиться. Тем более, что у меня еще кое-что припасено. Напоследок.

Молчу всю дорогу и только перед подъездом говорю: