Вот лишь некоторые из множества прозвищ, которыми меня награждают в маленьком городке Салем — знаменитом городе ведьм. Я криво усмехаюсь, представляя, что я как раз из тех, кого убивали столетия назад: рыжая, зеленоглазая, алхимик, сенситив и маг. Улыбаюсь собственным мыслям. Мне нужно сохранить наследие, но как объяснить людям, живущим в городе, ставшим туристической Меккой, что я совсем не та, кем они меня считают?

Слава богу, сезон наплыва туристов закончился вместе с Хэллоуином. В такие времена я запираюсь дома — в семейном поместье в нескольких километрах от центра. Все называют его мавзолеем, но два года назад я сделала ремонт, придав всей внешней архитектуре современный вид и оборудовав кухню по последнему слову техники.

Я — Мун, последняя из своей родословной. Человек, несущий ответственность за сохранение древнейших тайн моей семьи. Да, моих прародительниц вешали по ложным обвинениям, пытали и несправедливо судили, считая их ведьмами. Но никто из них не знает, что мы научились управлять стихиями: землей, воздухом, водой и огнем. Знания, которые мы несем из поколения в поколение, куда больше связаны с нашей ритуальной культурой почитания бога Сета, чем с колдовством.

То, что они считают язычеством, для нас — знания и мудрость. Да, существуют разные ритуалы, связанные с жизнью и кровью, но мне, в мои двадцать лет, никогда не приходилось их проводить. Я считаю себя хранительницей — той, кто должен сохранить в веках все наследие знаний, передаваемое мне из года в год, — и я оправдаю все усилия тех, кто был до меня. Я не позволю всему этому исчезнуть.

Я мечтаю создать семью и передать все свои знания дальше. Но с каждым мгновением я чувствую, что это все больше становится лишь несбыточной мечтой. Настанет день, когда я выйду за эту дверь и больше никогда не вернусь — я мечтаю об этом с восемнадцати лет, — но мое время еще не пришло. Так говорит мое сердце.

Мои мысли прерывает шум кофемашины. Я несколько раз моргаю и плетусь к шкафчику за чашкой, чтобы наконец-то проснуться. Наливаю крепкий, черный кофе без сахара почти до самых краев. Подношу чашку к губам и делаю большой глоток, чувствуя, как пробуждается каждая клеточка моего тела.

Из горла вырывается тихий стон, и я расслабляю все мышцы. Солнце садится, уступая место холодной и безмолвной ночи. Спустя несколько лет менять день на ночь стало для меня нормой. И хотя мне нравится солнце, я не так уж сильно его люблю. У меня светобоязнь; зеленые глаза с недостатком меланина раздражаются от яркого света. И вот в один прекрасный день мне пришла в голову идея поменять свой график — и это отлично сработало. Если мне нужно решить какие-то дела утром, я просто просыпаюсь и делаю их; в остальном же я стараюсь по максимуму этого избегать.

Делаю еще глоток кофе и улыбаюсь. Возможно, жители Салема правы: это и в самом деле странно.

Три часа ночи. Я на пике своей продуктивности, перевожу древние писания на разные языки, как вдруг с моей полки падает книга. От испуга сердце колотится в груди, а тело обдает холодом. Я медленно подхожу, приседаю и беру ее в руки. Черная обложка с потертыми, состаренными узорами, изображающими некий портал в мир богов, смотрит прямо на меня. За свою жизнь я читала ее уже несколько раз. В ней собраны заклинания настолько древние, что датируются временами еще до нашей эры. Это не оригинал, а вторая версия, переписанная от руки почти тысячу лет назад.

Я медленно несу ее к своему столу и открываю. Окно в кабинете распахивается от сильного порыва ветра с оглушительным грохотом, задувая свечи и шелестя страницами.

— Что вы хотите мне сказать?! — я оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу.

Я знаю, что предки общаются со мной через стихии, поэтому и считаю себя элементалем. Но когда кажется, что они все разом пытаются меня о чем-то предупредить, мне становится страшно.

— Нормальность… для тебя такого понятия не существует, Алира. Никогда не существовало, — шепчу я, закрывая окно, но успеваю заметить, как снаружи вихрь поднимает с земли грязь и листья. Начинается дождь, ветер усиливается. Затем свечи вспыхивают сами по себе, и я вскрикиваю от испуга, чувствуя, как пол вибрирует под ногами.

Вскоре всё вокруг погружается в тишину. Когда я снова смотрю на книгу, страницы открыты на заклинании спасения — вечной клятве крови, связывающей души на протяжении всех существующих жизней.

— Что происходит?

Я провожу руками по толстым страницам книги, сделанным из нарезанных кусков пергамента.

Читая, я чувствую, как силы покидают меня, поэтому не перехожу к части с ритуалом. С силой захлопываю книгу и отношу ее обратно на полку. Потягиваюсь, пытаясь расслабить мышцы и забыть обо всем, что только что произошло. Мне нужно еще кофе.

Да, я зависима!

Иду через комнату с кружкой в руке по направлению к кофеварке, мысленно благодаря себя за то, что запрограммировала ее включиться пять минут назад. Со временем начинаешь понимать свое тело и то, как оно на всё реагирует. В это время мне всегда необходим стимулятор.

Я как раз наливаю свой драгоценный кофе, когда звонит телефон, и имя на экране заставляет меня насторожиться.