Глава 1

Если вам когда-нибудь понадобится попасть в столицу Парящих земель за сутки, невзирая на штормовые предупреждения, отсутствие билетов и здравый смысл, — спросите меня: «Как?..» Как я могла на все это наплевать и ринуться туда?

Признаться, в свое оправдание могу сказать: в тот день, а вернее ночь, когда я на это решилась, луна была полной, нужда — большой, а меня оставили без присмотра наедине с горой бумаг, что нужно было разгрести. Ибо отец, который до этого стоял у руля нашей фабрики, слег с сердечным приступом. И было отчего: оказалось, что патент, выданный на торговое дело для рода Нейсбругов еще прадедушкой нынешнего монарха, закончился со смертью нынешнего правителя. А та случилась буквально вчера!

Для получения нового же разрешения нужно было прибыть представителю семьи в столицу. Срочно! Иначе придется останавливать производство. Вот только, если стекольные печи перестанут работать хоть на день — это не просто убытки, это застывание всей массы! И чтобы запустить процесс заново — уйдет месяц, не меньше. А за это время будет куча сорванных поставок и… Как отец это все представил — так и занемог.

А братья, как назло: один в отъезде, заключает деловой договор с орками. Второй — избираться в парламент вздумал, и у него не то что свободного дня — часу нет! Матушка для выбивания патента слишком мягка, а мои два племянника — малы. Да, столоначальники в столице девиц слушают куда хуже, чем представительных джентльменов, но… Деваться некуда!

Так что я собрала поутру вещи в сумку, мысли — в кучу, волю — в кулак, и сейчас бежала, одной рукой вцепившись в саквояж, в котором покоились помимо вещей документы и парочка артефактов на крайний случай, а другой — придерживая юбку. Уф! Хорошо хоть прошла эта гадская мода на турнюры, еще бы дождаться, когда минует и на подолы в пол, и на корсеты…

Западный вокзал гавани Сент-Облако гудел, как растревоженный улей, в который ткнули палкой, бесстрашно пошуровали той, а потом на пчел еще и накричали. А те, в свою очередь, хоть и насекомые, озверели и зашумели.

Город шумел точно так же. Чуть нервно, хаотично, с деловой суетливостью, от которой рукой подать как до выгодной сделки, так и до ругани. Посему в воздухе вместе с запахом угольной пыли и озона от работы магических двигателей витал легкий флер наживы и потерь, если будешь зевать.

Впрочем, я этого делать и не собиралась, лавируя в толпе, точно угорь в болотной воде. Я стремилась туда, где сквозь ажурные арки дебаркадера, напоминавшие скелет гигантского кита (причем такого, который явно не следил за своим здоровьем), вплывал железнодорожный состав. «Стремительный» — локомотив, отливающий вороненой сталью, с гербом королевского дома на боку: золотая цапля, схватившая клювом молнию.

Этот черный гигант, чудо чаротехнической мысли, чем-то напоминал мне приглашение, написанное каллиграфическим почерком. Но на казнь. Причем не в качестве зрителя.

Состав стоял на пути и меж его колесами и рельсами то и дело проскакивали искры силы. За маговозом тянулись двадцать пять вагонов, и у последнего, хвала всем богам, имелась открытая платформа — крошечный металлический балкончик с витыми перильцами, предназначенный, вероятно, для джентльменов, желающих обозревать проплывающие мимо облака, плевать на все земные проблемы с чувством собственного превосходства. Ну или просто плевать… Мой братец Элвис, кажется, в детстве так и делал…

Впрочем, сейчас было не до воспоминаний. Нужно было работать! И на благо семьи в целом, и локтями, чтобы протиснуться к кассе, в частности.

— Мест нет! — едва добравшись до заветной цели, услышала я от тетки, что сидела за зарешеченным окошком.

— Совсем нет? — уточнила я, хоть глухой и не была. И слова «нет» слышать умела. Мне просто нужно было чуточку времени, чтобы в руке появилась, вместо гадской юбки, стофоллировая купюра. За такую можно было выкупить целый вагон, не то что одно сидячее место возле туалета. — Мне бы любое… Без сдачи…

Кассирша гулко сглотнула и с таким сожалением глянула на банкноту, что стало ясно: без вариантов.

— Все раскуплены, — выдохнула она и даже с каким-то заискивающим тоном предложила: — Может, на завтрашний рейс…

В ответ я лишь покачала головой и… хотелось бы сказать, отошла, но по правде — меня оттеснили. А все потому, что я перестала бороться за свое место под солнц… у оконца!

Впрочем, просто так я сдаваться не собиралась! И если судьба забрала все тузы себе, то самое время… сыграть в салочки! Хотя бы с поездом.

Тот, словно в ответ на мои мысли, издал мелодичный гудок. По перрону заспешили последние пассажиры: респектабельные господа в цилиндрах, дамы с кружевными зонтиками, какой-то чересчур невозмутимый кот в попоне. Носильщики засуетились, захлопали двери вагонов. Я рванула вперед, прижимая саквояж к груди и чувствуя, как шляпка предательски съезжает набок.