– Неправда. – Рави еще крепче стиснул ее ладони. – Я тебе верю. Я всегда буду тебе верить, что бы ни случилось. Ясно?

Он держал ее взгляд, и это было хорошо, потому что веки вдруг намокли и отяжелели. Сама Пиппа не удержала бы глаза открытыми.

– Я с тобой, чудо мое. Мы команда: Пиппа и Рави. Кто-то подкидывает тебе птиц и рисует человечков, не надо ничего доказывать. Верь себе.

Пиппа пожала плечами.

– А Хокинс, честно говоря, идиот, – с легкой усмешкой добавил Рави. – Если он до сих пор не понял, что ты всегда права, то уже никогда этого не поймет.

– Никогда… – эхом повторила Пиппа.

– Все будет хорошо, – заверил Рави, рисуя линии между костяшками ее пальцев. – Все будет хорошо, честное слово. – Он замолчал, долго глядя ей в глаза, под которыми проступили темные круги. – Ты спала ночью?

– Да, – соврала Пиппа.

– Ясно. – Он хлопнул в ладоши. – Пора вывести тебя из дома. Ну же, вставай. Собирайся.

– Зачем? – спросила она, падая спиной на кровать, когда Рави встал.

– Пойдем прогуляемся. «О, какая фантастическая идея, Рави, ты такой умный и красивый». Да, Пиппа, я и сам знаю, не говори так громко, твой папа услышит.

Она швырнула в него подушкой.

– Вставай!

Рави ухватил ее за лодыжку и потащил с кровати, громко засмеявшись, когда Пиппа вместе с одеялом соскользнула на пол.

– Давай, чемпионка, надевай кроссовки. Можешь побегать вокруг меня, если так хочется.

– Обязательно, – съязвила Пиппа, натягивая на ноги валявшиеся рядом носки.

– О-о-о, сражен в самое сердце, сержант. – Рави выразительно хлопнул ее по спине, когда Пиппа встала. – Идем.

У Рави получилось. Как всегда. Пиппа начисто позабыла и про письма, и про мертвых птиц, и про рисунки, и про детектива Хокинса, когда спускалась по лестнице. Отчим задержал их у дверей, спрашивая, куда подевалась вся ветчина. Потом они шли по дорожке, и Рави обнимал ее за талию, подталкивая в сторону леса. Ни голубей, ни мела, ни шести выстрелов, замаскированных под биение сердца. Только Рави и Пиппа. Никаких мыслей, кроме самых глупых. Никаких мрачных размышлений. Рави стал стеной в ее голове, сдерживая темный натиск.

Он интересовался, когда лучше навестить ее в Кембридже. Может, в первые выходные? Спрашивал, сильно ли она волнуется из-за учебы, все ли учебники успела купить.

На извилистой лесной тропинке Рави вспоминал их первую совместную прогулку, рассказывая о том, какое впечатление произвела на него Пиппа, когда делилась своими гипотезами по делу Энди. Пиппа хохотала. Рави помнил практически каждое слово. В тот день с ними был Барни, он мелькал золотой тенью среди деревьев, подталкивал их друг к другу, вилял хвостом, когда Рави дразнил его палкой. Если подумать, наверное, в тот момент все и произошло. Она почувствовала напряжение в животе, пьянящую пелену перед глазами, волнующее покалывание под кожей… В то время Пиппа не осознавала, что происходит, не знала, что с ней творится, но в глубине души уже поняла, что обязательно в него влюбится. Прямо тогда. В самый разгар разговора про погибшего брата Рави и убитую девушку.

Все так или иначе сводилось к смерти.

И вот, пожалуйста, Пиппа опять все испортила.

Она встрепенулась: сквозь подлесок к ним здесь и сейчас с громким лаем бежала собака. Пес подпрыгнул, царапая когтями ей колени. Бигль.

– О, только не это, – простонала Пиппа, мимоходом погладив собаку.

Из глубины леса донеслись шаги и два знакомых голоса. Из-за деревьев вышли незваные гости.

Энт и Лорен, рука об руку. Они вытаращили глаза, увидев, кто перед ними.

Лорен кашлянула в кулак, пытаясь скрыть изумление.

– Руфус! – крикнула она, и ее громкий голос заметался между деревьями. – Руфус, ко мне! Отойди от нее!

Пес повернулся и наклонил голову.

– Лорен, я не трону твою собаку, – негромко сказала Пиппа.

– Кто тебя знает, – мрачно отозвался Энт, засовывая руки в карманы.

– Ой, ладно вам, – фыркнула Пиппа.

Очень хотелось снова погладить Руфуса, чтобы позлить Лорен. Ну же, давай!

Лорен, словно прочитав ее мысли, подозвала пса. Тот побежал к ней, перебирая кривыми лапками.

– Нельзя! – Лорен постучала собаке по носу. – Нельзя подходить к чужим!

– Глупости, – усмехнулась Пиппа, обменявшись с Рави взглядами.

– Что? – рявкнул Энт, выпрямляясь во весь рост.

Зря, потому что Пиппа все равно была выше ростом и запросто могла его побить. Один раз у нее уже получилось, а с тех пор она стала еще сильнее.

– Я сказала, что твоя девушка говорит глупости. Мне в третий раз повторить?

Пальцы Рави в ее руке напряглись. Он не любил скандалы, даже ненавидел их, хотя Пиппа знала, что, если надо, он ради нее пойдет на войну. Но сейчас его вмешательство не требовалось, она справится сама. Такое чувство, будто она давно ждала этой встречи и теперь буквально оживала.

– Не смей так говорить! – Энт вытянулся в ниточку. – Почему ты до сих пор в городе? Разве в Кембридже не начались занятия?