– Да я уж поняла. И Рыжик подтвердил. Я тебя поздравляю? – Алёна невольно выдала поздравление с вопросительной интонацией. – Да что случилось такого страшного? Ты же хотела ребёнка!

– Ххоотееелааа! И сейчас хочуууу!

– Ну?

– Лен, что ты как дура, в самом-то деле? Как я могу сейчас ребёнка рожать, если я без работы? И кто меня на работу возьмёт беременную? – не выдержала доведённая тупостью сестры Света. – А я ещё землю купилаааа. А ребёнку знаешь сколько много всего надо?

– Ну, вообще-то да, знаю. Мама, молоко и чистые тылы! Остальное по возможности. Чего ты сырость разводишь по ерунде? Ты классный специалист. Сама говорила, что тебя зовут на удалёнку, на совмещение, как угодно! Говорила?

– Ну, говорила… – неохотно признала Светлана. – Зовут. Но так много-то не заработать… А у ребёнка должно быть самое-самое лучшее.

– Свет! Малышу без разницы, какую шапочку ты на него наденешь, фирменную или обычную. Плевать он на это хотел. Это такие… родительские понты. Ты ж мужа себе как выбрала? Ну, почему?

– Потому что люблю его! – возмутилась Светка глупому вопросу.

– Да-ты-чё? И то, что он не престижный супербизнесмен, а врач, тебя никак не смутило?

– Лен, ты что глупости говоришь. Нафига мне супербизнесмены? Я на них и на работе насмотрелась.

– Вот и ребёнку нужны те, кто его любит, а не фигня всякая. На нужное детёнышу ты всегда заработаешь. И Ваня тоже, кстати. Если захотите, кроватку возьмёте нашу, коляску тоже – она правда, мальчуковая, а может быть девочка.

– Как может быть девочка? Ой, может же быть деееевоочка… – Светлана в обычном своём состоянии соображала на порядок быстрее, а тут немного притормозила. Ребёнок у неё ассоциировался исключительно со Стёпкой, а когда Ленка сказала про девочку, она тут же представила, какая она может быть. – Ой, мамочки! И правда, может же быть девочка!

– А ты не хочешь? – c опаской уточнила Алёна, переглянувшись с Урсом.

– Ты что? Сдурела? Я и мальчика хочу, а уж деееевочкууу! – Светлану в таком виде не наблюдал никто и никогда. Неудержимо расплывающееся в счастливой улыбке лицо, дорожки слёз на щеках, припухший от рыданий нос… – Слушай, а чего я плачу, ты не в курсе? – вдруг удивилась она.

– В курсе! Это гормональная перестройка организма, если по науке. А если по-простому – дурью маешься и ребёнка пугаешь! – строго покачала головой Алёна, вдруг неожиданно, первый раз в жизни, ощутив себя старше своей сестры. – Заканчивай реветь, вставай, давай я тебя обниму, поздравлю и отведу умываться!

– Ещё чего! Я её сама умою! – Кася добралась-таки до хозяйки и старательно слизала все противные горько-солёные капли. – Удумала! Радость такая, а она рыдает!

От крыльца до кухни дорога была не очень-то долгая, но за эти несколько метров в Свете произошли некие загадочные, но очень и очень важные перемены. Из дома она выскочила в растерянности, осознав, что она безработная беременная растратчица семейных сбережений, и как она теперь устроится? И жить-то как?

Возвращалась Светлана твёрдой поступью уверенного в себе человека.

– Будет ребёнок! И хорошо, что землю купила. Это очень выгодно, а малышу полезно на природе! Работа? Плевать! Найду и заработаю. Самое главное есть, а остальное приложится!

– О! А чего это тут у нас такое? – удивилась Алёна, наткнувшись на изумительную картину – на столе восседали практически все кошки, кроме воспитанной Али, занявшей стул.

– А мы того, силизываим! Оно вкусное и капляет. А ето непорядок! – доложился Рыжик, перепачканный мороженым. Прямо перед ним тоскливо склонился вбок вафельный рожок, оставленный Светой в чашке. Из рожка прямо на стол капали густые ароматные капли, правда, долетали не все, часть ловилась кошачьими языками прямо у источника такой гастрономической роскоши. – Мы отгрызти хотели, а тама эти хрустелки такие невкусеные! – Рыжик кивнул на орехи, щедро набитые в рожок.

– Ну вот. А ты рыдаешь почём зря! Тут тебе даже орехи оставили.

– Которые я раньше терпеть не могла, – рассмеялась Света.

– Вот-вот! Орехи, мороженое с капустой и лимоном спалили всю контору. Мы с бабулей уже говорили, что есть вероятность…

– Да ладно? А я-то и не сообразила. Думала, что это я так стресс заедаю. Ой, слушай, а ты капустки не хочешь? Ну, что ты ржёшь-то? – Света ловко выкатила очередной кочанчик, сполоснула его и занесла над ним нож. – Хорошо бы мне кролика не родить!

– Неее, я спирашивал у Урса и Аички! – утешил её сладкий и липковатый от лакомства Рыжик. – Они говоря… Говорят, что у людёв токмо люди родяются, так чито можено грызть капусту.

Серьёзные кивки собак и кошек были последней каплей. Алёна и Света, которая уже начала хрустеть капустным листом, переглянулись и расхохотались.

– Девочки, у вас всё хорошо? – сначала Марина Сергеевна, а потом и Матильда вышли на шум.