Наши встречи с Камелией были недолгими и нерегулярными. Приходилось соблюдать осторожность – ни Кай, ни операторы на Марсе не должны были догадаться о содержании наших переговоров. Поэтому, когда Кай заговорил о моих периодических походах в храм, я этому совсем не обрадовался.

- Знаешь, я не хотел на тебя давить, - сказал он как-то после очередной тренировки, - но это здорово, что ты учишься верить.

Сначала я не понял, и недоумевающе заморгал. Потом до меня дошло.

- Ну… я не то, чтобы истинный верующий… - осторожно сказал я, - догматы только изучаю. Но ты прав – в жизни должна быть какая-то опора. Пускай совершенно иррациональная.

Кай улыбнулся.

- Если нужна будет помощь – обращайся! – сказал он

- По поводу чего? – снова не понял я.

- Изучения догм. Ты ведь сказал, что изучаешь. Поначалу это может быть сложно, тем более квалифицированных жрецов, которые могли бы помочь, тут нет.

- А, - кивнул я, - да, конечно. Спасибо.

- У меня даже есть экземпляр Книги Ветра и Крови, - продолжал Кай, - с экрана не всегда удобно читать. А бумага… она словно какой-то заряд несёт, понимаешь?

- Да… Возможно, да. Спасибо!

На этом нам бы и расстаться, но, как это часто бывает, зуд любопытства, появившийся совсем некстати, дёрнул меня спросить:

- Откуда у тебя книга? Я, кажется, читал, что в наше время нужно специальное разрешение для хранения таких вещей. Тем более для их вывоза в космос!

- О, не беспокойся, - улыбнулся Кай, как мне показалось, с гордостью; на его щеках появился румянец, - разрешение получено от Верховного Жреца лично. Меня посвятили в ближний круг.

Я понятия не имел, что это значит, но на всякий случай округлил глаза, и сделал удивлённую физиономию.

- Ничего себе! – сказал я, - поздравляю! Круто!

- Это действительно круто, - заметил Кай, - теперь во время Апокалипсиса я буду в главной когорте.

- Поздравляю, - повторил я, более сдержано, - но звучит не слишком оптимистично. С чего ты взял, что доживешь до Апокалипсиса? – я улыбнулся.

- Это связано с нашей миссией, - Кай ответил на мою улыбку, - Верховный Жрец трактует катрен о Карающей Звезде астрономически. В общем, у нас, в ближнем круге, принято считать, что речь идёт о Венере. Политическое руководство тоже в курсе. Ну, в смысле, верующие военные. Я не беру в расчёт упорных атеистов, вроде моей сестры, - он рассмеялся, - хотя она ведь тоже пару раз ходила в храм, верно? Так что, наверно, в глубине души тоже верит.

- Вот как… - осторожно заметил я.

- Будет круто, если мы с тобой станем великим защитниками, да? – глаза Кая горели огнём неподдельного энтузиазма.

- Ещё как! – ответил я, стараясь, чтобы мой голос не звучал очень уж фальшиво.

- Я с детства об этом мечтаю.

- Об Апокалипсисе? – не удержался я.

- О величайшей битве, в которой решится судьба миров! – ответил Кай. Его глаза продолжали гореть всё тем же пугающим энтузиазмом.

Тут надо пояснить, что понятие, которое я обозначаю Апокалипсисом, на Марсе, конечно же, сильно отличается от привычного нам христианского Апокалипсиса. Возможно, более правильным было бы использование термина Рагнарёк, но я не слишком силён в скандинавской мифологии, и не знаю нюансов. Общая только суть: гибель прежнего мира через страшные катаклизмы, которые будут ниспосланы, чтобы очистить мир от скверны. Скверна, в представлении марсиан – это военные враги их культуры. Раньше, в древних веках, такими врагами считались представители других, иноверческих племён. С наступлением просвещённого времени на роль записных врагов как-то сами собой назначились фаэтонцы.

После того разговора с Каем я даже нашёл тот самый Катрен о Карающей Звезде. В электронке, конечно – брать у подчинённого уроки, пускай даже он и  занимает высокий пост в иерархии культа, я счёл не очень разумным.

Вот этот катрен:

Велика звезда несколько дней будет сверкать

Облако заставит появиться два солнца:

Гигантская собака

Станет выть всю ночь,

Когда великий жрец сменит земли

На мой взгляд, типичный образец религиозного текста, который можно трактовать как угодно, в зависимости от реального развития событий. Но Кай был совершенно убеждён (и многие культовые и светские толкователи тоже), что тут речь шла о гибели Фаэтона, и о страшных испытаниях для Марса. А два солнца – это прямое указание на вторую планету, то есть Венеру. Якобы оттуда придёт сила, подобная настоящему Солнцу.

Почему-то мне понадобилось пройти весь этот сложный путь, чтобы через разговоры и изучение древних текстов, наконец, понять очевиднейшую вещь: Камелия, да и всё руководство Марса, рассчитывает найти на Венере именно оружие. То, которое могло бы уничтожить соседнюю планету.

11