С этими словами Катя вышла наружу. Мне ничего не оставалось сделать, как последовать за ней. После спертого воздуха кунга свежий уличный воздух показался нектаром. Я быстро огляделся. Чистое небо (обманчиво чистое, как я теперь знал), пустынная дорога. А ведь вчера трасса показалась мне довольно оживленной!

Тем временем Катя быстрым шагом подошла к первым деревьям лесополосы, идущей вдоль трассы, и нетерпеливо замахала мне рукой. Я, не заставляя себя долго упрашивать, трусцой припустил за ней.

В придорожных кустах был спрятан довольно внушительный камуфлированный баул. Катя опустилась перед ним на колени, дернула несколько молний, оторвала пару «липучек», и баул раскрылся.

- Помогай давай! Чего стоишь истуканом? - бросила она, продолжая колдовать над баулом.

- Что мы делаем? Почему просто нельзя просто уехать отсюда на машине… кстати, где ты свою бросила? – спросил я, и тоже склонился над баулом, чтобы помочь Кате вытащить кусок плотно свернутого серого материала, напоминающего нейлон.

- Я с парашютом прыгнула, - ответила Катя, не поднимая голову, - осторожнее! Не дергай сильно! Он последовательно расправляется, ты же должен знать! Тут нервюры карбоновые, у воздухозаборника, видишь? Могут ткань повредить, если зацепиться!

И только теперь я сообразил, что мы достаем нечто, напоминающее купол огромного парашюта. «Да это ж параплан!» - догадался я.

- На машине слишком много времени ушло бы на разборки, - продолжала объяснять Катя, - Эти ребята кордоны выставили, за час до операции. Да и чтобы выбраться отсюда машина тоже не годится. Нужно время, чтобы наверху все устаканилось. Конкурирующим конторам – и государственным, и частным, не так-то просто смириться с потерей. Нас еще могут попытаться достать. Представляешь, сколько серьезных людей сегодня рискуют своей карьерой?

- Хорошо. Ну а вертолет чем плох?

- Тем же, чем и автомобиль, - вздохнула Катя, - очень уж заметен. На радарах видно, а если лететь низко – слишком сильный акустический след. По мобильникам враз вычислят.

- Ты прыгала с этим баулом? – уважительно сказал я, - не плохо так.

- Да брось! – усмехнулась Катя, - ерунда. Меньше сорока дополнительных кэгэ. Кстати, я скайдайвер.

- А я вот на спортивном ни разу не прыгал, - сказал я, - дэ-шесть, и дэ-десять. Вот и весь мой опыт.

- С парапланом представляешь, как управляться?

- Теоретически, - ответил я, после чего выпрямился и огляделся. Выставил, предварительно послюнявив, палец, чтобы оценить ветер, - слушай, ты уверена, что подняться удастся? Штиль ведь! На рассвете еще хоть какой-то ветерок был, а теперь…

- А зачем нам ветер? – заговорщически подмигнула Катя, и достала со дна баула штуковину, напоминающую обтекаемую карбоновую дубинку. С легким щелчком эта штуковина расправилась в трехлопастной винт, где-то метр двадцать в диаметре.

- Впечатляет, - кивнул я, - а движок где?

Не переставая улыбаться, Катя достала из баула плоский металлический блин с хитрой системой ремней-фиксаторов, и закрепила его в основании вентилятора.

- Электро? – догадался я, и разочарованно добавил: - значит, прогулка будет недолгой.

- Ага, - кивнула она, - по прямой километров триста пятьдесят. Но мы петлять будем. Так что лететь придется часов восемь. Ерунда – я на этой штуковине как-то все плато Путорана облетела! Правда, с тремя комплектами запасных батарей, конечно.

- Даже спрашивать не буду, что ты там делала, - сказал я, - но плато километров восемьсот в длину! Часов двадцать полета. Это что за батареи-то такие?

- Хорошие батареи, - улыбнулась Катя, - на биоорганических пептидных молекулах. Металлоидно-литиевые. В магазине такие не купишь. Кстати, достань их, они в отдельном кармане сбоку. И в другом кармане – твой полетный комбез. Пора одеваться. Не лето все-таки.

 Я достал ячейки с батареями (черные пластиковые коробки с влагозащищенными клеммами) и свернутый рулоном комбез. Аккумуляторы передал Кате, и она приладила их в специальные ячейки у себя на поясе, соединив проводами с двигателями и полетным контроллером. Внутри рулона с комбезом, в отдельных чехлах, оказался легкий карбоновый шлем и ветрозащитные очки. То, что все это дело идеально подошло по размеру, меня уже не удивило.

- Давай скорее! – торопила Катя, пристроив себе за спину винт, который успел обзавестись защитным кожухом, - ремни мягкие, и довольно широкие. Постарайся устроиться комфортно.

Она пристегнула меня к себе несколькими полимерными лентами, которые на груди, под копчиком и бедрами образовали что-то вроде двух широких треугольников. Удобство, конечно, было сомнительное – но вполне терпимо. По крайней мере, ноги не должны были затекать. Правда, здорово мешал рюкзак с деньгами, который я, конечно же, и не подумал оставить. Его пришлось повесить спереди. Кобуру с «артефактом» я спрятал за пазухой, чтобы при любых обстоятельствах (вроде жесткой посадки) она осталась при мне.