— Вторжения не было, — повторил ректор. — Был очередной сбой системы. Вам подключили запредельный уровень сложности. Сейчас сектор проверяют. Штаб флота направил своих техников, чтобы разобраться в этом инциденте.

Пока он говорил, шагнул ближе. Прищурив глаза, он наблюдал за моими попытками сохранить невозмутимое лицо.

Вот это новости! Значит, никакие мы не герои. Просто неудачники, которых вот так подставили под удар. Система… Очко драное, а не система!

Белая кисточка раздраженно дернулась и сразу оказалась в крепком захвате рихтового хвоста. По-моему он только этого и ждал. Черное чудовище так сдавило мою пушистую конечность, что я ощутила в полной мере его раздражение и злость. Но это не испугало, я и сама была зла.

Наоборот, те возбужденные мурашки, что побежали вверх, отозвались во мне острым болезненным удовольствием. Я хотела этой боли, его резкости и грубости. Мне нравилось принадлежать этому властному самцу. Особенного после того, чему я была свидетелем на полигоне.

Как он крошил этих тварей! Так бы и любовалась им… Даже его гнев был завораживающе прекрасен.

А рихтов хвост решил немного ослабить хватку и перешел к не менее агрессивным ласкам. Мой хвостик задрожал, покорно изгибаясь в объятьях своего более опытного партнера и подставляя ему самые чувствительные места. Продался поганец!

Ректор, казалось совсем не обратил внимания на разврат, учиненный его конечностью.

— Со статусом разобрались, — медленно произнес он и положил широкую ладонь на мою капсулу. — Тогда еще один вопрос. Чем вы думали, курсант Ролис, когда полезли ликвидировать пси-воздействие такого уровня в одиночку?

Глава 14. Лечебная капсула

Ректор смотрел на меня тяжелым давящим взглядом, и я не знала куда мне закопаться в своем чудо-гробе. Никакого адекватного ответа тоже на ум не приходило. Но он же там был. Видел, что другого выхода у нас не было. И псиона другого тоже.

Злодейский рихтов хвост, тем временем, надавил на особо чувствительную точку, и я закатила глаза, остро чувствуя свою слабость перед этим мощным самцом. Еще немного, и я умолять начну его присоединиться к своему хвосту.

Рихт опасно сощурился и шагнул еще ближе.

— Красивый гробик, — мрачно поморщился он, постучав по панели моей капсулы.

Он остановил на мне тяжелый взгляд и неожиданно низко прорычал:

— Почему я должен был лично вмешаться, чтобы спасти ваши задницы, курсант?! На тот свет торопитесь? Я могу лично вам билет организовать, Ролис!

Я удивленно моргнула. Наши взгляды скрестились. Его — злой, полный сдерживаемой ярости, и мой — недоумевающий и растерянный. Я-то здесь причем, если у них там баг в программных настройках?

— Так как вам гробик, курсант? Понравился? — угрожающе произнес ректор. — Хотите в нем задержаться?

Рихт придвинулся вплотную и навис надо мной звездным крейсером. Его хвост-предатель остановил свои ласки и поддержал хозяина, жестко хлестнув по краю капсулы.

— Спасибо, очень удобный, — медленно проговорила я. — Места много. Хотите примерить? Вам понравится, — лепетала я, лишь бы как-то его заболтать. — А я подвинусь.

Первое, что в голову пришло, озвучивать было слишком… стыдно. Слишком пошло и развратно. Рихтов хвост, поганец, виноват! Соблазняет бессовестный, пока его хозяин серьезным делом занят, и меня с прямого пути сбивает!

Ректор после моих слов на секунду замер. Глаза его сверкнули темным огнем, а потом хищно запылали.

Один громадный прыжок — и он в моей капсуле. Навис надо мной. Удерживая себя на полусогнутых руках, хищно усмехнулся и наклонился ниже.

— Вы правы, — опалил он жаром своего дыхания мои губы. — Мне нравится. Компания хорошая.

В коридоре раздались чьи-то голоса. И они приближались.

Сверхсветовой Цан Зартон среагировал мгновенно: протянул руку и захлопнул крышку капсулы. Почему он сам из нее не выбрался тем же манером, как очутился, я так и не поняла. Вместо этого он крепко ухватил меня за талию, хвостом обвил бедра и неожиданно перекатился, прижав к себе. Теперь он оказался снизу, а я лежала на нем.

— Поздравляю, курсант Ролис, — жарко выдохнул он мне в шею. — Желания иногда сбываются. Ты же хотела побыть сверху?

Ого! Конечно, я хотела! И ректора. И сверху.

Но его насмешливо-снисходительный тон меня взбесил. Еще больше я злилась на себя, потому что не могла перестать хотеть этого гада.

Хотела его. Так хотела, что в глазах темнело и между ног уже все промокло насквозь.

Я дернулась, но мощные руки и не менее сильный рихтов хвост удержали меня на месте. От ощущения его твердого мужественного тела подо мной все инстинкты просто взбесились. Разум уносило в запретные дали, а похотливая рихтовская половинка во мне жадно облизывалась, предвкушая очередной разврат. Даже собственный хвост меня предал. Доверчиво прижался, зараза пушистая, и переплелся со своим черным сообщником.

Я — на ректоре. Знакомая черная бездна его глаз напротив. Я падаю в нее и меня снова накрывает…