- Как-нибудь сам, - кинул и направился на выход.

После демонстрации наплевательского отношения со стороны Швед. После того, как она прямо на танцполе засосала Федорова…. И ведь, сука, знала, что Макаров наблюдает. Знала, тварь! После всего этого он не хотел больше видеть ее. Никогда! И да, они закончили тем, с чего начали.

-55-

Зое понадобилось немало времени, чтобы привести меня в чувство. Это было сделать не так легко. Кровь на лице Богдана меня шокировала, я буквально на себе ощутила боль от нанесенных ударов. Все произошло очень быстро. Я не успела среагировать, не успела встать между ними. Меня в прямом смысле слова отшвырнули в сторону. Я кричала, совершенно точно кричала, но из-за музыки навряд ли кто-то слышал меня. А, когда Макс и Сергей оттащили Богдана, а тот что-то орал и не сводил глаз с Пети, я было ринулась к нему. Ни к Пете, что лежал на полу и рукавом футболки вытирал кровь, а к Макарову. Но почувствовала хватку на локте - кто-то меня настойчиво тащил в противоположную сторону от него - от того, с кем я хотела быть сейчас, тогда, да черт, наверное, всегда! Я пыталась вырвать руку, но хватка была слишком сильной. А, когда поняла, что это Зоя, была немало удивлена. Откуда в этой маленькой девчонке столько силы?

- Жень, нам лучше уйти. Не надо. Послушай меня. Сейчас не надо.

И уже через пару минут мы оказались на улице. С какой-то неимоверной скоростью мы дошли до общежития. Я не могу сказать бежали мы, шли пешком, а быть может летели — я не знаю. Не знаю, потому что мыслями, головой, душой я была с Богданом.

И только, когда Зоя закрыла дверь в нашу комнату, а я рухнула на стул - начала приходить в себя.

- Жень, что произошло? - требовательно спросила подруга.

- Не знаю, - шепотом ответила.

- Как это не знаешь? Макаров бьет Федорова, что танцевал с тобой, а ты не знаешь почему?

Я прикрыла глаза. В голове до сих пор мелькали кадры, в ушах стояли крики, перед глазами лицо Богдана в крови.

- Это я виновата, - выдохнула и открыла наконец-то глаза.

- Что произошло? - настойчиво повторила вопрос подруга.

- Я поцеловала Петю.

- Что ты сделала? - шокированно спросила Зоя. А потом растеряно. - Но зачем?

- Само так вышло, - смотря в никуда, ответила.

- Само? - вперила она в меня недоверчивый взгляд.

- Да, Зой, само! Он целовал другую! При мне целовал другую! Понимаешь? - немного истерично проговорила я. Потом выдохнула и добавила. - Мне необходимо было что-то сделать со всем этим.

- Мда...

Повисла тишина. Я продолжала смотреть куда-угодно, только не на подругу. Мне было стыдно. Да, я ощущала стыд.

- Тогда понятно, - спокойно сказала девушка, наконец-то отлипла от двери и уселась на кровать.

- Что понятно? - с любопытством взглянула я на нее.

- Женя, - хохотнула тихонько она. - Ну пораскинь мозгами. Не допераешь?

Я доперала. Не было иной причины для драки, чем…

- Он ревнует, - уже в открытую засмеялась Зойка. - Жень, да он просто тебя ревнует!

«Ревнует», - пробовала я слово на вкус. И улыбка появилась на моем лице, но тут же стерлась, как не бывала. А Зоя продолжала выдавать свои умозаключения:

- Макаров! Обалдеть! Все что мы о нем знаем, никак не вяжется с его сегодняшним поведением. Я не слышала, чтобы он марал руки об кого-то. Хотя, по большому счету, о нем в принципе мало кто, чего знает. Если так-то разобраться.

- Только то, что он бабник, - съязвила я.

- Может быть он изменился? Женьк, я могу быть не права, но то, что он целовал другую, ни о чем не говорит.

- Не говорит? Зой... -  попыталась ее прервать.

- Погоди. Ну сама подумай. Ты же его сама оставила. Так чего ж ты хотела?

- Но, чтобы так быстро... - растерянно пробормотала я.

- Жень, ты ведь даже не поговорила с ним. Почему, ну скажи мне, почему ты считаешь, что имеешь право принимать решение за вас двоих? И прежде, чем ты налетишь на меня, озвучу свое мнение: ты ему совершенно точно нравишься, иначе он не стал бы бить Федорова. Мой тебе совет: не тупи, поговори с ним, - с этими словами она встала и вышла из комнаты.

В голове футбольные болельщики двух команд скандировали свои речевки, выкрикивали, кричали, перебивали - творился сущий хаос. Я, Богдан, Петя, девушка из клуба... Но вот становится тише, еще тише, еще... И я понимаю, что во мне настойчиво растет вера в то, что, действительно, ревновал, что, действительно, нужна ему. Я и только я.

В этот момент я не хотела думать о Ливановой, готова была наплевать на окружение и на их мнение. В конце концов только от нас зависит, какие будут взаимоотношения и будут ли они в принципе. Стоп! Помолвка. И это слово остановило мой вдохновляющий внутренний монолог. Помолвка. У них помолвка. И я вновь рухнула, разбившись оземь. Будто только-только прорезающиеся крылья оборвали одним движением руки.