- Только попробуйте к ней прикоснуться, - холодно произнес, закрывая дверь. Мужик опешил. – И тон свой смените. Или придется смириться, что это ваша последняя встреча с дочерью. – предупредил жестко.

- У тебя еще молоко на губах не обсохло, чтобы так со мной разговаривать!  - Это ты избил моего зятя! – тряс он перед моим лицом указательным пальцем. - По тебе тюрьма плачет!

- А вашего любимого зятя нужно отпустить? – зло усмехнулся и стал на него напирать! Вы думаете, побои вашей дочери я нанес? Я, сломал ей руку, когда бил ногами?! – грозно проговаривал я каждое слово. 

- Мы Степана не оправдываем, - выставил он вперед ладонь. -  Но он уже понес наказание! Ему еще месяца три в больнице лежать. – я просто потерялся от этого заявления.

- Люду мы заберем к себе, - вступила в разговор мать девушки. -   Дочка, Степа очень раскаивается в том, что все так получилось. Умоляет о прощении. Он обещает исправиться, сам не поймет, как так вышло…

- Нет! – крикнула Мила и я увидел панику в ее глазах. Я тебя не отдам, что ты так разволновалась, подумал я.

- Ты не подумай, мы не собираемся возвращать тебя мужу. – затрясла мать руками заметив реакцию дочери. - Не захочешь, останешься с нами. Посмотрим, как он себя будет вести дальше.  А ты подумала о Марке? Степа ведь отец, имеет право общаться с ребенком. Марк вырастет, а клеймо, что его отец сидел в тюрьме останется на всю жизнь. – я прихреневал с этих речей.

- Так, а теперь слушайте сюда внимательно и запоминайте! – мой рык заставил матушку Милы вздрогнуть.

- Ваша дочь, под моей защитой. Любой, - обвел их взглядом, - кто попытается ее обидеть, будет иметь дело со мной. Если бы моего ребенка, какой-то моральный урод посмел тронуть пальцем, я бы его стер с лица земли! Голыми руками удушил бы за дочь! А вы пришли просить Милу забрать заявление?! Боитесь потерять материальную поддержку, поэтому закрываете глаза на  то, что муж ее избивает, оскорбляет! Этот гад изменял вашей дочери с домработницей,  вы об этом не слышали? Этого отморозка нужно пытать пока он не сдохнет, а вы ему второй шанс собрались дать! Нормальные бы родители в ноги бросились прощение просить за то, что оставили в опасности! Вы даже ее самочувствием не поинтересовались! – меня они выбесили, орал на весь дом. Хорошо, что двери везде закрыты, Марк вряд ли услышит и проснется. -  Вы хоть ознакомлялись с материалами дела, прежде чем бежать спасать любимого зятя?! – мне до одури хотелось отпустить хорошую затрещину ее отцу. Да и мамашу вытолкать из дома.

- Доказательства посмотреть? Этот срам? Как ты могла позволить своему любовнику повесить в вашем доме камеры? В вашей спальне?! Ты там с мужем спала, а ты извращенец наблюдал… - сплюнул он зло. Мила недоуменно смотрела на меня. Глаза ее расширялись от шока.

«Приплыли!..»

*** ***

Дорогие мои, проды будут выходить 3-4 раза в неделю. Если получится, то чаще.

7 июля старт новой истории, на него уходит много сил, а у меня пока не строчки)) Сложно разрываться на несколкьо историй) 

Спасибо за понимание.

Ваша Кристина. 

Глава 19

Мила

Оставшись с родителями наедине, я поймала себя на мысли, что жду появление Максима. Когда он рядом мне не страшно. Емельянов бережно и внимательно относился к моему сыну. Он мог быть строг и требователен, но ни разу я не почувствовала от него угрозу.

Нервничала, пока он не появился. Вовремя. Отец уже собирался меня воспитывать. Мама мотала головой, просила не спорить, а пойти и собрать вещи. Они собирались дать еще один шанс Степе? Меня это повергло в ужас. Да я порог их дома больше не переступлю. Предатели! Когда Емельянов бросился на мою защиту и стал им угрожать, я чуть не разревелась. Как же оказывается хорошо спрятаться за широкую непробиваемую спину.

А потом заговорил папа, и мой мир вновь стал рушиться. Камеры? В нашей со Степой спальне? Макс видел все, что со мной вытворял муж? Посмотрела на Емельянова, умоляла взглядом опровергнуть слова отца.

Скажи, что это гнусная ложь! Скажи, что ничего ты не видел! Ну, скажи уже!

К горлу подступила тошнота, слезы навернулись на глаза. Я не показала никому, как мне плохо. Отключила все чувства и эмоции. Нельзя показывать родителям слабость. Нельзя, растопчут. Заберут с собой. Отдадут мужу.

- Так надо было. – я не стала топить Максима и говорить, что не о чем не знала. Как только родители уедут, я… Я не знаю, что буду делать! Белла еще не вернулась, а идти мне некуда. Степан в больнице, но это не значит, что он не может нанять людей, которые похитят Марка.

- Надо было?! – вспылил отец. – Что ты собираешься доказывать в суде этими записями? Ни стыда, ни совести! Мы тебя так не воспитывали!