— Слушаю, герцогиня, — он, очевидно, ждёт, как я буду выкручиваться из этой ситуации.

— Вам стоит напомнить своим слугам, что некоторые блюда на стол подаются горячими. В их перечень, по правилам, входят и изделия из круп.

С каждым моим словом его лицо вытягивается, но он быстро осознаёт это и возвращает себе бесстрастную маску.

— Кхм... вы, безусловно, правы, ваша светлость, я поговорю с теми, кто отвечает за подачу блюд.

Понимаю, что это пустое обещание. Разговор не состоится, потому что граф сам приказал подать "дорогой невесте" холодную пресную кашу.

В памяти всплывает прошедшая ночь и желание задать вопросы графу отпадают сами собой. Или посмеётся надо мной, или скажет, что я выдумываю. Но я склоняюсь к версии, что хозяин имения причастен к ночному спектаклю. Нет, конечно, он бы не стал сам ходить там всю ночь, но вот отправить это делать кого-то из слуг…

Понять бы ещё зачем ему это всё.

Подхватываю маленькой изящной ложечкой жидкую остывшую массу и отправляю в рот. С одной стороны, это даже хорошо, всё равно мне пока нежелательно есть тяжёлую пищу. Но с другой… ароматы, витающие над столом, кружат голову, а я так устала от пресной еды! Может, это дио Хэмис настоял на таком блюде? Хмм... Нужно будет уточнить у него…

Остаток каши доедаю в гордой тишине.

— Что, и не спросите о десерте? — поток мыслей прерывает бархатистый голос с вкрадчивыми нотками.

— Разве на завтрак подают десерт?

— Насколько мне известно, в вашем имении десерты подают в любое время.

Это он сейчас на что намекает?

— Благодарю, граф, — мило улыбаюсь и складываю приборы слева от тарелки, демонстрируя, что трапеза окончена. — Ваша забота весьма трогательна, но как я поняла по вчерашнему ужину и этому скромному завтраку, вы весьма стеснены в средствах, а я не хочу излишне обременять вас.

И пока граф осмысливает то, что я сказала, слуга отодвигает стул, помогая мне встать из-за стола.

— Хорошего дня, ваше сиятельство, — легко склоняю голову, не опуская взгляд, распрямляюсь и неторопливо удаляюсь, оставляя графа наедине с его вытянутым лицом и незавершённым роскошным завтраком.

Ни по статусу, ни по этикету я не обязана задерживаться за обычными приёмами пищи дольше, чем сама желаю. Вот если стану его женой…

От этой мысли меня слегка ведёт в сторону и рука непроизвольно поднимается к горлу.

Глава 11

Несколько мгновений прихожу в себя. Голова ещё немного кружится, но я вполне могу продолжить путь.

Я хотела прогуляться по чудесному саду, который успела рассмотреть из окна, но из-за головокружения и слабости решаю остаться в своих комнатах до обеда.

Дурацкий этикет запрещает мне раздеться и лечь в постель, чтобы отдохнуть. Разве что сказаться больной, но делать этого не хочется. Мало ли чем это обернётся? Я уже поняла, что имение Фрэй Дау - не то место, где можно показывать свои слабости.

Прошу служанку, чтобы меня не беспокоили, и присаживаюсь на громоздкий, жёсткий диван. Неудобное платье не позволяет ощутить комфорт, о котором мечтает тело, но я всё же укладываю голову на одну из больших декоративных подушек.

В голове крутятся и крутятся мысли, они рвутся наружу, но каждый раз, когда мне кажется, что я поймала их… они ускользают. Меня не покидает ощущение, что происходящее вокруг — какой-то длинный сон и однажды я обязательно очнусь…

***

— Малия, попросите, пожалуйста, подать обед в мои комнаты.

После пробуждения ощущаю себя голодной. Наверное, организм начинает восстанавливаться и требует больше энергии. От этого я и проспала до обеда. Что не удивительно, ведь все последние дни я спала бóльшую часть времени.

Служанка бледнеет, нервно отводит глаза в сторону и мнётся.

— Малия, что-то не так?

— П-простите, госпожа, но его сиятельство просил передать, что ждёт вас к обеду в общую залу. И н-настоял, что обед будет подаваться только туда.

— И в какое же время здесь полагается обедать?

— В пять часов, госпожа.

В пять… до пяти ещё больше трёх часов.

— А что же граф? Не ест между завтраком и обедом?

Служанка снова отводит глаза и поджимает губы. Так… понятно. Ну что за детский сад они устроили?

Детский сад… в памяти всплывают смутные образы чего-то непонятного, чуждого, но в то же время родного. Всплывают и тут же теряются в мутной патоке сознания.

С недавнего времени я завела себе маленькую книжечку, в которую записываю странные слова. Поэтому сейчас встаю и подхожу к прикроватному столику, чтобы внести туда ещё одно. Надо будет уточнить у дио Хэмиса их значение.

Служанка так и стоит, нервно теребя подол.

— Хорошо, Малия, тогда пусть пока подадут чай. Надеюсь, с этим проблем не возникнет?

— Сию минуту подам, ваша светлость! — облегчённо выдыхает и выбегает из комнаты.

***