Угомонись, Арин. Они твои лучшие друзья, ты должна думать о их счастье. Господи, я ведь даже не чувствовала к Данчику уже ничего. Давным-давно всё прошло, но рефлексы остались. Мне хочется отвесить себе затрещину, чтобы мозги встали на место.

– Мы все пять лет с ней то сходимся, то расходимся. Моя мама смеётся, что нам категорически нельзя жениться. А то будем только по ЗАГСам бегать, то разводиться, то расписываться. 

– Ну нет, я думаю после брака вы не будете так ссориться по любым пустякам.

– Арин, сколько лет ты знаешь Янчика? Для неё нет пустяков.

Да, в этом была вся подруга. Она всё принимала серьёзно, к самому сердцу. И это делало её лучшей подругой, которая у меня могла быть. Ибо она всю себя отдавала, когда помогала и заботилась обо мне.

И никогда ничего не просила в замен. Нет, один раз попросила, самое ценное, самое сложное. Но за всю жизнь, за все семь лет дружбы, это было малой платой.

Наверное.

– У меня к тебе просьба, Ариш.

– Какая? 

– У нас же на следующей недели годовщина.

– Вы расстаётесь постоянно, это вряд ли считается годовщиной. Ладно, для Яны считается всё. Данчик, ты опять облажался?

– Я думал, что придумаю ей подарок, правда. Но без понятия, чем удивить. У нас столько праздников было, что я уже все идеи исчерпал. И твои тоже. Помоги. Я знаю, что она хотела попасть на концерт какого-то певца. Но просто билетов недостаточно.

– Хорошо. Мне нужно больше информации о нём. Достань и тогда поговорим.

– Ты лучшая. Не зря я тебя люблю.

– Я тоже тебя люблю. На связи.

Я сбрасываю звонок и некоторое время ещё стою, не двигаясь. Лёгкий ветерок из открытого окна охлаждает лицо. Успокаиваюсь и прихожу в себя. Раньше такого не было, но Клик слишком расшатал мои эмоции, чтобы я могла спокойно контролировать себя.

Начинаю разворачиваться, чтобы продолжит уборки, как меня впечатывают в стену и до боли сжимают плечи. Это Клык и выглядит он очень злым.

А глаза совсем чёрные.

– И какая это информация тебе нужна?!

 

 

Кажется, кто-то вляпался...

И ещё новость - продолжение теперь будет через день, зато главы стали больше, чем в начале)

Клык

Я собирался с ней просто поговорить. Задать пару вопросов, узнать правду о том, кто её подослал ко мне и зачем. Но как только захожу в спальню и слышу разговор – у меня сносит крышу.

Арина вскрикивает и смотрит на меня перепуганными глазами. Я не хочу её пугать. Но она сама заслужила. До этого я был мягким и к чему всё привело? Чуть не пропустил то, что девка крот.

Крутит головой в поисках отхода, но ты сама себя загнала девочка. С одной стороны окно, с другой шкаф. Никуда не сбежишь, если только сквозь стены не умеешь проходить.

Сама понимает, что попала в ловушку и начинает дрожать.

– Клык, ты делаешь мне больно.

А ты, сука, сделала больно мне.

– Да ты что? – сильнее сжимаю её плечи, вдавливая в стену. – Расскажи мне луче о том, как тебя подослали следить за мной!

Вижу, как расширяются её зрачки и сбивается дыхание. Она понимает о чём я говорю. Понимает, сука!

Интересно, а трахаться со мной тоже входило в ТЗ или это собственная инициатива?

Рука врезается в стену, совсем рядом с её головой. Шарахается и ещё больше дрожит. Боится, что ударю? Правильно, бойся. Пусть я и не смогу, но тебе знать об этом не нужно. Ты же смогла ударить меня в спину.

– Клык, я…

– Заткнись! Мне интересно, что они тебе пообещали за то, что ты будешь копать на меня? Сколько предложили? Много, наверное, если ты так радо раздвинула передо мной ноги.

– Я не шлюха, - смотри на меня пустым взглядом. Всё старается отстраниться, но бежать некуда. Тяжело дышит. – Пусти меня. Я скажу всё, что хочешь знать, но выпусти меня.

Ещё чего. Удрать она не сможет, конечно. Но просто так идти на поводу у неё не собираюсь. Вместо этого сильнее прижимаюсь, опуская руки ей на лицо.

Она ведь знала, сука, что я ненавижу ложь. Убить готов, когда мне лгут. Знала, но ничего не скала.

Смотрит, часто моргает и дрожит. Сдерживаюсь, чтобы не впиться поцелуем в её губы. Хочется её успокоить, но я отсеиваю эту мысль. Блять, она меня предала, а я о ней беспокоюсь. 

Ещё и блядски пахнет моим гелем и мной, напоминая, что сегодня произошло между нами.

– Клык, пусти, - дёргается вперёд, стараясь оттолкнуть. – Меня сейчас вырвет. Правда.

Если она думает, что это даст ей фору, то глубоко ошибается. Но всё отступаю. Интересно, что она ещё придумает.

Но Арина несётся в ванную. Слышу стук крышки. Ей правда нехорошо. Так перенервничала из-за разоблачения? Залетать от меня она не могла, да даже если бы я вовремя не высунул, всё равно рано.

А может легла под меня, чтобы потом своего ребёнка за моего выдать?

Она вся бледно-зелёная, склонившаяся над унитазом. Лоб покрылся испариной и в глазах полное непонимание.

Призираю себя за слабость, но опускаюсь на корточки возле неё и собираю её волосы, чтобы не лезли в лицо.