Перед книжными стеллажами валялись такие же молодые, как сам Вуд, парни, и все как один в так называемой броне местного производства, которая, однако, выглядела куда лучше, крепче и красивее, чем та, которую сделал Вуд.

Линь Цзе быстро и внимательно осмотрелся и насчитал шесть человек. Значит, сегодня в его дом вломились семеро молодых людей. Он и правда столкнулся с бандой.

Прямо сейчас все эти парни корчились в конвульсиях, схватившись за головы и судорожно катаясь по полу. Всюду были разбросаны раскрытые книги. Парни кричали так громко и отчаянно, что сразу было ясно: их терзала ужасная боль.

Можно было предположить, что они не обнаружили денег в кассе и потому решили попытать удачи на книжных полках: вдруг среди бумажных страниц найдется заначка? Тот, кто вломился в спальню Линь Цзе и к чьей шее сейчас прижималось острие меча, скорее всего, был их главарем.

Селена молча наблюдала за страданиями незваных гостей. Она обернулась на голос спускающегося по лестнице начальника и устремила на него невинный взгляд.

– Умница, – похвалил ее Линь Цзе.

Селена посмотрела на группу бьющихся в агонии грабителей, затем перевела удивленный взгляд на довольно улыбающегося Линь Цзе и озадаченно заморгала.

«Я ведь ничего не сделала…» – растерянно подумала она.

Селена находилась в своей спальне, когда услышала внизу странные звуки, словно там кто-то возился. Она спустилась и увидела людей, корчащихся на полу в муках боли. Вокруг были разбросаны открытые книги, а незваные гости безуспешно пытались выползти наружу, за пределы магазина.

Селена была очень сообразительной девочкой. Она тотчас решила закрыть входную дверь, чтобы не позволить им сбежать. Владелец книжного магазина похвалил ее – значит, она все сделала правильно.

Поэтому Селена со всей серьезностью кивнула и деловито поинтересовалась:

– Каковы наши дальнейшие действия?

Линь Цзе задумчиво посмотрел на свое устройство связи, на экране которого по-прежнему светился номер Клода.

– Предлагаю сначала выждать. Я уже вызвал полицию. Что это с ними такое?

Селена прекрасно понимала, что сейчас на полу извивались в конвульсиях ученые из Союза правды. Судя по тому, что вокруг валялись открытые книги, скорее всего, они были из тех, кто ищет правду, и пришли, чтобы поживиться знаниями. В этот раз их одержимость новыми знаниями сыграла против них – они попали в самую настоящую ловушку, поскольку Селена тоже каждой клеточкой тела ощущала ужасающую силу, сочащуюся со страниц этих книг.

– Они пришли, чтобы украсть знания. Думаю, что их жизням ничего не угрожает, – ответила Селена продавцу книг.

– Украсть знания… Книги… Неужели они собрались украсть мои книги? – Линь Цзе озадаченно посмотрел на содрогающихся от боли грабителей. Он подумал, что Селена очень странно выразилась, а ему пришлось догадываться о смысле ее слов, поскольку девочка мало что понимала об окружающем мире.

Вуд, услышав ее изобличающую речь, тут же выпучил глаза, успевшие покраснеть от гнева. На его лбу выступили вены. Он крепко сжал кулаки – так, что на ладонях остались лунки от ногтей, – и звенящим от гнева голосом заявил:

– Это поиск, а не кража! Именно так звучит девиз искателей правды. Именно этим занимается Союз правды. Разве можно называть стремление к знаниям кражей?!

Шлеп! Рука Линь Цзе, в которой он сжимал устройство связи, отвесила Вуду подзатыльник.

– Что ты сказал?

Вуд ничего не ответил.

– Повтори, что ты сказал, – потребовал Линь Цзе, прищурив глаза. – Союз правды?

В звенящей тишине раздались гудки.

Наконец кто-то на другом конце линии ответил на звонок. Линь Цзе кивнул Селене, приказав наблюдать за происходящим, и поднес к уху аппарат, в котором тут же прогремел полный уважительного почтения голос Клода:

– Господин Линь, у вас что-то случилось?

Даже в столь поздний час этот голос звучал так, словно Клод совсем не устал. Быть полицейским в Норзине очень сложно, для этого нужно всегда быть бодрым и энергичным.

Сначала Линь Цзе подумал о том, как тяжело приходится всем полицейским Норзина, но тут же отмел эту мысль, вспомнив трех людей в форме, что однажды посетили его магазин. Он пришел к выводу, что только Клод был по-настоящему предан своей работе.

Линь Цзе перевел взгляд на Вуда, который тем временем рассматривал своих агонизирующих подельников, и принялся объяснять Клоду ситуацию.

– Доброй ночи, Клод. Прошу прощения, что беспокою в столь поздний час, но, коль скоро ты ученик Джозефа, я решил довериться именно тебе. Значит, как обстоит дело… Только что, посреди ночи, какие-то наглые молодые люди вломились в мой книжный магазин.