Вот и как им рассказать обо всем?.. Хотя бы просто, что мы с Иваном разошлись, без бреда о купле-продаже. Для них моя семья – свет в окошке.

Мама уже отсоединилась, телефон пока в моих руках. Внезапно накатывает огромная досада и злость. Пальцы сами лезут в диалог с мужем. Когда-то мы здесь обменивались милыми сообщениями и веселыми постами из соц. сети. Позже перекидывание фразами свелось к быту – купи детский крем, грей ужин, я сегодня буду поздно. Хм, наверное, третью фразу он прислал прежде, чем сторговаться с Мироном.

Эмоции побеждаю глас рассудка, что любые слова бесполезны. Набираю Ивану смс.

«Как ты мог так поступить со мной?.. И зачем тебе вообще был нужен ребенок?! Ты не хотел ждать, пока я закончу магистратуру. Зато выкинул нас при первой возможности!»

Хочется залепить телефоном в стену. Однако я не скоро смогу позволить себе новый смартфон. Тем временем тот издает сигнал.

«Мои обстоятельства поменялись. А ты не будь дурой и слушайся Красильникова во всем. Тебе очень повезло, что он решил забрать вас к себе!»

Он и сам круто поменялся. Или это происходило постепенно, но из-за болезни отца и беременности я этого не замечала.

Не знаю, что отвечать. Я человек не скандальный, хоть и могу взорваться. Но что-то подсказывает, тут любое поведение бесполезно. Иван принял для себя решение, с радостью загреб деньги Красильникова. Совесть моего муженька крепко спит.

А вот мой сынок сегодня никак не может дремать. Но это неудивительно после наших приключений - крики, поездки, чужой дом с его звуками и запахами. Да еще моя нервозность наверняка передалась малышу. Еще хвала небесам, что Мирон не какой-то отморозок. Беру Матюшку на руки, пытаюсь успокоить.

Глава 3

Матвейкин биологический папа оказывается легким на помин. Я делаю несколько кругов по комнате и слышу негромкий стук в дверь. Он еще и вежлив.

- Да… - как-то странно давать разрешение в чужом доме, но не молчать же теперь.

Белое полотно вздрагивает от резкого толчка и медленно открывается. Как будто Мирон обуздывает свою силу. Он появляется в проеме, на нем пиджак.

- Я уезжаю, - он озвучивает мою догадку, - дома вы остаетесь не одни, пришла помощница по хозяйству. Если хочешь, идем, я вас познакомлю.

Он говорит мне, а взгляд прикован к малышу на моих руках. Инстинктивно я прижимаю ребенка к себе крепче. Нет оснований не верить, что именно Мирон биологический отец Матвея. Врать Красильникову незачем, отцовство он точно проверил. Однако я не представляю, что он сейчас чувствует.

Конечно, моя материнская любовь не сравнится с ощущениями отца-донора. Но хочет ли он, например, взять малыша на руки? Пока никаких поползновений в сторону ребенка Мирон не делал. Только сейчас я замечаю его пристальное внимание. Впрочем, раньше мне было и не до этого.

- Да, хорошо. Матюшка как раз задремал.

Мне не по себе, что Мирон уезжает. Хоть и в его компании я сейчас не чувствую себя приятно.

- Идем.

Мы спускаемся уже знакомым для меня путем и проходим на кухню. Здесь все в типичных для дома светлых тонах, с вкраплениями серебристого металла и дерева. Пространство большое, идеальный порядок. В мебель встроена стильная и явно дорогая техника. Да, готовить на такой кухне, скорее всего, приятно. Хотя я не преуспела в этой науке.

Я подмечаю нюансы интерьера, потому что год-два назад мы обустраивали наше «гнездо»... Ох, как будто в другой жизни!

- Лада, это Марина. На ней хозяйственная часть дома.

Звук голоса Мирона заставляет повернуться женщину лет сорока пяти. Брюнетка, не толстая, но какая-то вся округлая. Даже пальцы на руках короткие и пухленькие. Она оглядывает меня с интересом, улыбается.

- Марин, это Лада.

Про меня Мирон ничего не объясняет. Возможно, работница уже в курсе. Или бизнесмен не считает нужным отчитываться.

- Хотите чего-нибудь? - интересуется у меня Марина.

Я жму плечами. Инициативу перехватывает хозяин дома.

- Лада не обедала, - сообщает он помощнице, - предложи ей что-нибудь. Сам я поем в городе, у меня встреча. Буду часов через пять.

Он надолго. Хотя занятость у такого человека, скорее всего, бешеная.

- Всё поняла! - с позитивом откликается Марина.

Еще бы взяла под козырек. Почему-то такие добродушные отношения между домработницей и владельцем особняка меня смешат. Ух, не к добру я начинаю расслабляться.

- Тогда всем до встречи, - Красильников задерживает на мне взгляд.

Я, конечно, не могу подключиться к радостному общению. Только молча киваю. Мирон больше не просит меня не уезжать. Что-то подсказывает, следить за домом будет не только Марина. Если я соберусь уйти, хозяину тут же сообщат. Впрочем, мы ведь договорились.