- Ты бредишь… - я тоже тяжело дышу. - Зачем это тебе, Мирон?

Красильников встает из-за стола, а я наоборот опускаюсь на бежевый стул, потому что в ногах появляется слабость.

- Мне почти тридцать шесть, а у меня ничего нет, - бизнесмен произносит странную фразу, - решение стать вашим донором далось мне непросто. Но я пообещал себе, что всегда буду нести за него ответственность. Ивану был нужен ребенок. А мы с тобой имеем право обо всём пожалеть. Вот только продолжение нашей крови и плоти спит сейчас наверху!

Мирон теряет хладнокровие. Меня тоже пронимают его слова.

- Я ни секунды не жалею о Матюшке… - говорю еле слышно.

Хозяин дома снова берет себя в руки.

- Лада, я не собирался держать тебя силой. Но останься хотя бы на какое-то время. У тебя ведь сложности с тем, куда пойти.

Красильников прекрасно знает мою семью и все проблемы. Они до сих пор общаются с моим братом Максимом. Нет смысла перед ним что-то изображать.

- Хорошо, мы побудем здесь недолго, - сглатываю, - я пойду к малышу.

Иду уже по знакомому пути обратно. Матюшка проснулся и уже успел похныкать. Достаю его из кроватки, кладу на свою и ложусь рядом. Поглаживаю сына по животу.

Я уже не чувствую себя как зверек, попавший в ловушку. Внутренняя паника вконец улеглась. Но вопросов сейчас во мне не меньше.

Отбросим факт, как Иван мог так поступить. Педантичному мужчине оказалось трудно пустить в спокойную жизнь малыша. Ко мне он после родов остыл. В остальном, конечно, съехал с катушек. Или ему настолько захотелось поиметь с Мирона бабло.

Но сам Красильников… Возможно, ему не все равно, как живет его кровный сын. Больше детей у него нет, с супругой разошелся. Но почему просто не помогать? Назначить алименты, снять нам квартиру. Это бы уже был жест великой щедрости. А он привез нас в свой дом и скупил половину детского магазина. Мне этого не понять.

Матвей вроде притих, я решаю немного прибрать в комнате. А то идеальный интерьер в бардаке из-за наших вещей. Например, моя куртка совсем лишняя на светлом кресле. Беру ее в руки, из кармана падает телефон. Хм, Иван не хотел ли со мной связаться? Может, хоть немного понял, что натворил?

Проверяю сообщения, звонки, и вера в адекватность мужа окончательно тает. Ни-че-го! Перевожу дух, хочу уже взяться за вещички сына и мусор. Но телефон, который я положила на подоконник, заходится трелью.

Смотрю на экран - мама. Ну что ж, постараюсь морально подготовить ее к будущему.

- Лада, привет! - у мамы как всегда по телефону восторженно-испуганный голос.

- Привет, мам. Как там дела?

С момента приступа отца я всегда сначала интересуюсь обстановкой.

- Хорошо, - мама в курсе и быстро отвечает, - папа еще пять дней пробудет в санатории. Ему там нравится, он даже однополчанина встретил, представляешь? Служили в армии вместе. Мир тесен!

Ох, мамочка, не представляешь, насколько.

- Здорово, я за него рада.

- Да, он доволен, - подхватывает мама, - после рождения Матюшки он вообще ожил. Как говорится, появился стимул. И каждый день радуется, какая у вас семья. Живете тихо-мирно, в достатке. Макс со своей уже сколько расходились, денег постоянно нет. Устало за них сердце болеть. Хорошо, хоть ты у нас отдушина.

Я и правда всегда была родительской радостью. Поздний ребенок с успехами в школе и примерным поведением. Брат же хоть особых проблем не доставлял, но всегда с трудом тянул учебу. Жену выбрал им не по вкусу, живут не идеально. Внуков родители любят, конечно, но и на них порой ворчат.

Однако и я оказалась не такой беспроблемной.

- Мам, ну это жизнь, а не рекламный ролик.

Родительница какое-то время молчит.

- А ты что, не выспалась? Я бы приехала, с Матвейкой побыла. Но не хочется вам в выходной мешать. Иван, наконец, дома. Не дай бог надоем!

Ваню мама обожает еще со школы. Она была в полном восторге от их дружбы с братом. Всегда старалась чем-то угостить Ивана, была с ним ласкова. Думала, наверно, что успехи в учебе и спорте передадутся от друга ее сыну. А уж когда мы начали встречаться…

- Ивану уже и без тебя все надоело, мам, - хочу продолжить, но родительница меня перебивает.

- Поругались?! Ну ты уж сильно на него не обижайся, дочка. Появление первого ребенка – испытание. А уж Ване решиться понадобилось много сил.

Родители, естественно, в курсе нашей ситуации. Но на фоне оравы деток старшего брата они заявили – главное, счастье между мужем и женой. Я в целом была с ними согласна. А уж когда Иван заговорил про донора, они окончательно выдохнули. Им внучек в любом случае будет родным. И мой великолепный брак останется на месте.

Ох, могу ли я их критиковать, когда сама была счастлива с Ваней?

- Дочь, меня что-то Макс в параллель долбит! Опять что ли с маленькими надо срочно посидеть. Ты давай там, будь умницей.

Фраза, которую я слышу с детства.

- Пока, мам.