Он улыбнулся мне. Зачем он это сделал? В комнате были только мы.

- Я заказал доставку из «Вкуса Востока».

В животе у меня заурчало.

- Из «Вкуса Востока»?

- Ты пробовала ее?

Я кивнула. Я просто обожала это место. За их куриную шаурму, фалафель и хумус можно было умереть. Мне нравилась их еда, но я редко могла позволить себе такую калорийность.

- У меня есть всего понемногу. Пойдем поедим.

Что я могла сделать? Я согласилась разделить интимный домашний ужин со своим мужем.

Он разложил еду по тарелкам и подал мне, точно так же, как делал это за завтраком.

Мы ели вместе. Он сидел так близко, что наши колени соприкасались на протяжении всего ужина. Время от времени его рука ложилась мне на бедро. Время от времени он кормил меня едой из своей тарелки.

Это было восхитительно и опасно.

Каждый раз, когда он проявлял хоть каплю человечности, мне хотелось упасть на спину и раздвинуть ноги. И, что еще хуже, я почувствовала, что немного смягчаюсь по отношению к нему.

Что, черт возьми, со мной было не так?

Во время ужина я съела слишком много. Когда трапеза подошла к концу, я заерзала на своем стуле. Каждый раз, когда его рука возвращалась к моему бедру, она перемещалась немного выше. Он дразнил меня или испытывал? Я поэкспериментировала, положив свою руку ему на бедро.

- Не прикасайся ко мне, - тихо сказал он. - Я не выдержу и секунды, если твои руки будут на мне.

Я наклонилась к нему, запрокинув свое лицо.

Он пристально посмотрел на мои губы, но не поцеловал меня.

Ах, да, чуть не забыла. Он никогда не целовал меня в губы, если у нас не было зрителей. Это всегда было напоказ. Наедине он демонстративно избегал этого.

Я была рада, что вовремя вспомнила об этом. Это заставило мое мягкое сердце немного ожесточиться. Достаточно для того, чтобы сохранить мой рассудок. Достаточно для того, чтобы вернуть меня к реальности.

- Я слышал, что люди Терехова потрепали вам нервы из-за моих условий, - мягко заявил он.

Значит, это все-таки были его условия.

- Мне - нет, - ответила я. - Но они определенно бесили Агату.

- Я так понимаю, они согласились на все, о чем я просил?

Я сохраняла совершенно бесстрастное выражение лица.

- Похоже на то. Агата была счастлива.

- Хорошо, - кивнул он. - Очень хорошо. Миру не нужно видеть тебя в нижнем белье.

Это было именно представление коллекции нижнего белья. Что, черт возьми, еще, по его мнению, я могла бы надеть? Но я не сказала ничего из этого вслух. Я хотела получить эту работу и сопутствующую ей известность. Я бы разобралась с его реакцией позже.

- Я удивилась, когда увидела тебя здесь, - призналась я ему. Смена темы была совсем не плохой идеей.

Его губы изогнулись во что-то среднее между улыбкой и оскалом. Что бы это ни было, выражение его лица не было счастливым.

- Ты заставляешь меня чувствовать себя обделенным. Ты это знаешь?

Я почувствовала, как по моему телу пробежала легкая дрожь.

- Что ты имеешь в виду? - осторожно спросила я.

Он коснулся моих дрожащих губ, нежно провел по ним кончиками пальцев.

- Ты моя, - прошептал он.

Все мое тело сотрясалось, как при землетрясении.

- Юридически и буквально. Ты моя, но у меня такое чувство, будто ты ускользаешь от меня. Как ты это делаешь?

Конечно, я ему не ответила. У меня не было ответа. Но то, что я тоже это чувствовала, было фактом.

Казалось, он не нуждался в ответе. Он резко отодвинул свой стул от стола. Одним движением он схватил меня за бедра и усадил на массивный стол перед собой. Мне не нужно было спрашивать, что он имел в виду, когда он начал стаскивать с меня спортивные штаны и трусики, медленно спуская их вниз по ногам. Они были свободными, так что это была легкая работа. Когда он обнажил нижнюю часть меня, он широко раздвинул мои ноги руками и некоторое время просто смотрел на меня.

Он придвинул свой стул поближе, пока не устроился поудобнее у меня между ног. Я чувствовала его дыхание на своем лоне, когда он смотрел на меня сквозь ресницы. Это было опьяняющее зрелище.

Его рот скривился в каком-то самоуничижительном подобии улыбки.

- Я пришел сюда не ужинать, Кира, - его глубокий голос достиг моего сердца. - Я пришел сюда за десертом.

Я едва ли слышала его слова, но я ощущала их своей кожей.

- Расстегни кофту, - приказал он, прижимаясь ко мне.

Дрожащими руками я расстегнула молнию на своей толстовке. Под ней был только лифчик.

- Достань свою грудь, - сказал он мне.

Я повиновалась.

- Обхвати ее, - прохрипел он мне в кожу. - Ущипни себя за соски. Погладь их. Я хочу, чтобы ты ласкала себя, пока я, - он лизнул меня там, - наслаждаюсь. Поняла?

Я потерла свою ноющую, чувствительную грудь, теребя соски пальцами.

Его глаза следили за моими движениями. Он выглядел восхищенным. Это было во многом взаимно.