— Чего ты боишься? Что происходит в твоей голове? Разве я хоть раз дал тебе повод во мне сомневаться? 

— Нет.

— Неужели ты готова вот так просто от меня отвернуться? Я думал, ты действительно ко мне что-то чувствуешь.

Молчание.

— Геля, посмотри на меня, — перевела свой взгляд и столкнулась с его, горящим каким-то яростным внутренним зеленым пламенем. — Ты, правда, думаешь, что я на рабочем месте развлекаюсь каждую минуту?

Опустила голову вниз, глазами уперлась ему в грудь. Нет, не думаю. Я даже не хочу задумываться на эту тему.

— Я сказал, смотри на меня! — грубо коснулся моего подбородка, заставил наши взгляды столкнуться и спокойно продолжил. — Ясно. Я и сам вижу ответ. Хочу обсудить с тобой этот момент. Но только один единственный раз. И больше никогда. Геля, каждый мужчина вправе сам совершать в жизни определенные поступки, выбирать. Измена своей женщине равносильна измене и неуважению к самому себе. Это все равно, что предательство и унижение себя, как личности. Поверь, я достаточно себя уважаю, чтобы быть верным своему выбору. Геля, ты мой выбор, слышишь?

На глаза снова навернулись слезы. Нет, я не должна оправдываться. Я не хочу больше никогда чувствовать себя сломленной. Не хочу больше никакой эмоциональной зависимости. Ни от кого! Но…

— Как ты могла поверить в этот бред? Я же сказал тебе тогда! Не верь! Все постановка! А ты отвернулась! При первом же глупом недоразумении! Что я, по-твоему, должен чувствовать?

— Обиду, злость.

— Разочарование, Геля! Обидчивость не в моем характере!

Снова я опустила глаза в пол. Он прав. Я просто боюсь довериться. Не хочу, чтобы мне было больно.

А он… Роскошный. Невероятный. Он потрясающий. Владелец крупной строительной компании… Неужели в его жизни нет других женщин?

— Ну почему ты молчишь, а?!

— Перестань на меня кричать! Эрнест!

— Тогда объясни мне уже хоть что-нибудь, черт возьми! Как мне тогда себя вести? Что думать? Ты на работе не появляешься, на звонки не отвечаешь, в ответ на письма молчишь, дома не ночуешь! Я считал тебя взрослой женщиной! А ты… Что ты за детское представление устроила? Я в цирк билеты не покупал, Геля!

Все, не могу больше.

— Эрнест, а что, интересно, я вообще должна была думать? Ты влетел в кабинет, со словами: «Ну что ты балуешься! Раздевайся уже быстрее!» Когда меня увидел, аж заикаться стал! У тебя чуть глаза из орбит не повыскакивали! Твои «я могу все объяснить» в данной ситуации просто смешны, как и в любой другой! Точно такой же! К тебе забежала сомнительного вида девица! И, в итоге, ты попросил не ее, а меня уйти! Ты не пытался меня остановить, выйти вслед за мной из кабинета, а остался с ней наедине! Как я должна была реагировать?! Конечно, вечером уже можно сказать все, что угодно!

— Я ведь просил просто подождать...

— И что? Мало ли, кто что мне говорил и о чем просил! Ты даже ни разу не заикнулся, что чувствуешь ко мне что-то больше, чем просто физическое влечение. 

— Но ты же не станешь слушать! Ты же не хочешь мне верить! Сама строишь стены! Закрылась, спряталась! И чего ты ждешь от меня? Признания в любви, как в какой-нибудь дешевой мелодраме? Чтобы ты потом сидела и судорожно соображала, а не покривил ли он душой со своим признанием? Запомни раз и навсегда: любовь — это не слова! А поступки. Тот, кто любит, никогда не отвернется в напряженный и сложный момент жизни, как это сделала ты, Геля! 

Его слова хлещут наотмашь. Аж щеки горят. И мне нечего ему возразить. Он прав во многом. А я права со своей стороны…

— Да, я тебя люблю, — он тихо-тихо прошептал мне в губы. А потом продолжил спокойным голосом, приподняв голову. — Но я хочу взаимного чувства. Во всех проблемах всегда виноваты оба, я согласен. И отношения тоже всегда строят вдвоем, понимаешь? Я один не смогу. Просто не вытяну. Я тоже хочу быть в тебе уверен. Что ты не отвернешься от меня при первых же трудностях. Перестань бояться, доверься мне. Я не подведу. Но и один не вывезу.

Он наклонился ко мне, обжег своим дыханием. 

— Обещаю, — почувствовала, как сильные мужские пальцы приподняли мой подбородок, заставляя взглянуть прямо в любимые глаза, полные надежд. — Ты не пожалеешь, малышка.

Он впился в губы долгим, нежным, трепетным поцелуем. Захотелось обнять его в ответ, прижаться к нему покрепче. Но... теперь мне страшно. Он во мне разочаровался. А я запуталась в собственных эмоциях.

— Давай договоримся так. Ты спокойно обдумаешь все, что я тебе сейчас сказал. И решишь. Окончательно и бесповоротно. У мамы через три недели будет день рождения. Я надеюсь, мы поедем туда вместе. В качестве кого, предполагаю, ты и сама понимаешь. Пойдем. Закроешь за мной дверь.

Перед тем, как развернуться и выйти из квартиры, Эрнест внимательно на меня посмотрел и произнес:

— И, кстати говоря, я ждал, что сразу после самолета ночью ты приедешь ко мне. Жаль только, что не дождался.

На этой ноте он оставил меня одну.