- Почему... ну... когда я думаю про папу, вижу его вещи или вспоминаю что-то, я чувствую, как мне грустно от того, что его нет. Ну просто грустно. А когда думаю о маме, мне кажется, что физически больно. Я не понимаю, я ведь тоже хочу вспоминать ее с тихой грустью, а не так, как сегодня.

- Как умерла мама?

- Приступ. На улице. За городом, она была журналисткой, поехала на интервью в какой-то ПГТ к заслуженному хирургу и что-то случилось. Несколько дней в реанимации, и все. Мы даже не виделись, я видела ее только на похоронах.

- Съезди на могилу, разбери вещи. Иногда помогает. Иногда нет. Кристинке не помогает ничего. Это потому что неожиданно, потому что не успела попрощаться, испугалась. Надо подождать немного, несколько лет спокойной сытой жизни — и полегчает.

Я вздыхаю и переворачиваюсь на спину, смотрю на белый, идеально ровный потолок.

- Хорошо тебе. Ты взрослый.

- И ты будешь. Через десять лет будешь взрослой, умной и морщины появятся, будешь вздыхать «хорошо им, они молодые».

Я смеюсь и пихаю его ногой, а потом понимаю, что засыпаю. И не противлюсь, потому что впереди суматошный день. А после него я впервые полетаю на самолете, впервые увижу море и попытаюсь сохранить хрупкий мир, установившийся между мной и Крестовским.

***

- Станислава, - Игорь мельком бросает взгляд на секретаршу, - завтра я уезжаю с семьей на море. На тебе все представительские функции. Встречи перенести, курьеров встречать, фикус поливать, ну и так далее. Я буду тебе раз в два-три дня писать, доложишь, как тут дела, ну и так, по мелочи. Присутствия с девяти до шести не требую, но постарайся хоть изредка бывать на рабочем месте и настрой переадресацию с входящего, поняла?

- Да! - активно кивает Стаська. - А можно спросить?

- Ну, спроси, - не отрываясь от мобильника, бросает он.

- Аня с вами едет?

- Куда ж без нее. Сбежит еще. Так, у меня есть что на утро?

- Михаил Сергеевич сказал, что зайдет, просил освободить тебе час, сказал разговор очень важный. Через полчаса будет.

- Ок. Значит мне кофе и на полтора часа в глухую оборону. Потом соберешь начальников отделов.

От разговора со Стасей его отвлекает звонок от Сереги. Игорь садится в кресло, с наслаждением потягиваясь. Какая-то неудобная кровать у Калининой, спина ноет. Надо сказать, чтобы поменяли матрас, так можно и ползком начать передвигаться.

- Игорех, ты охренел? - с места в карьер начинает Серж. - Че значит летим завтра? Я на кого клуб оставлю?

- Ну найди на кого, уж не обломаешься.

- Да иди ты, тиран домашний. Что тебя в жопу клюнуло? Собирались в августе!

- Серег, Алекс вляпался и серьезно. Нам вчера под машину зарезанную собаку бросили. Ты думаешь, она туда сама прилетела? Это золушка наша искренне полагает, что мы эту шавку сбили, а я прекрасно видел, откуда она появилась. И Герман подтвердил, что уже дохлая была, с пером в бочине. Пусть парни разбираются, вон Лев вышел злой пиздец, вынесет всех по кирпичику. А вы на море, Кристинку как раз надо везти уже витаминизировать, бледная вся.

- Ладно, - недовольно бурчит Серж, явно слегка ошеломленный последними новостями. - Тогда как раз о Кристинке. Ты можешь дом другой снять?

Игорю кажется, он ослышался.

- Чего? Теперь моя очередь настала спрашивать, не охренел ли ты. Где я в разгар сезона на Миконосе дом сниму?! За сутки?!

- Ну не на Миконосе. Греция большая, раз тебе кровь из носу надо в Афины, найди где-нибудь еще.

- Тебе чем наш дом не нравится?

- Мне тут твоя золушка идею подала.

Несколько минут Игорь слушает рассказ Сержа, понимая, что ему одновременно хочется и рассмеяться, и наорать на всех, кто рушит идеально встроенные планы. Вот же... Мэри Поппинс доморощенная! Плохие воспоминания... мамин дом.

- Игорех, я тебя по-человечески прошу, попробуй, а? Ну поищи что-нибудь, не дом так отель. Криську надо вытаскивать, мы на нее и так внимание почти не обращали, а теперь уже все, край. Не хочу я ее сдавать в больницу.

- Ладно, - вздыхает Игорь. - Я попробую что-нибудь сделать.

Когда все это кончится? Когда на его плечах перестанет лежать ответственность за мелких? Хоть бы месяцок пожить так, как он жил в штатах, для себя. Чтобы не думать ни о чем, просто развлекаться и работать в удовольствие. Как вчера, например, гоняясь за Анькой с мороженым. Почему так не может быть всегда? Вечно что-то портит ему минуты отдыха.

- Станислава, - говорит он. - Найди мне жилье в Греции, не на Миконосе. Чтобы четыре спальни, на берегу моря и с пешей доступностью еды. И о транспорте позаботься.

- На когда?

- Завтра на восемь утра.

В телефоне раздается многозначительно молчание. Стаська явно мысленно кроет начальника матом.

- Премию выпишу, - заканчивает он, потому что в кабинет уже входит Майк.

- Привет, Игорех. Как дела? Слышал, на море собрались? Молодцы. Садись, разговор есть.