- Я не золушка. Ее мачеха заставляла перебирать чечевицу от золы, а спасла ее фея и там еще кстати был принц. А ты...

- А я?

- Не принц.

- А Захаров, значит, принц?

- По-моему отношения с Захаровым не у меня, а у тебя, - поддеваю я. - Во всяком случае, ты его вспоминаешь куда чаще.

За пререканиями мы въезжаем в город и каким-то чудом умудряемся избежать пробок. Мне нравится, как водит Игорь — куда спокойнее Сержа. Кажется, ему все-таки хочется доехать до места, а не убиться по дороге.

Мы останавливаемся перед каким-то старым зданием в самом центре. Вывеска гласит, что здесь находится клуб-ресторан «Панорама». Я понятия не имею, что он собой представляет, хотя иногда проходила мимо, когда не работала станция метро у отеля.

Нас провожают в зал, и я аккуратно осматриваюсь, стараясь не слишком пялиться и не подавать вида, что такие места мне в новинку. В зале царит приятный полумрак, на всех столах мерцают свечи, а удобные диванчики усыпаны разноцветными подушками. Народу почти нет, но на всех столиках виднеются таблички «резерв». Вероятно, для ужина слишком рано. Зал разделен на две зоны: общая, с небольшими столиками и приватная, на небольшом возвышении вдоль стены. Она состоит из кабинок, наполовину закрытых шторками от посторонних глаз. В одну из таких кабинок нас провожает миловидная девушка и подает меню.

Я кошусь в меню Крестовского и с удивлением замечаю важное отличие: в моем экземпляре совершенно нет цен. Только описания и фотографии блюд. Пока я размышляю над таким интересным феноменом, Игорь уже определяется и откладывает в сторону меню. Я понимаю, что понятия не имею о своих желаниях и, кажется, Крестовский это понимает.

- Мне салат с языком, дорадо на гриле и американо, а для девушки салат «Панорама», креветки на гриле с овощами и бокал белого сухого на ваш вкус.

- Десерт желаете? - уточняет девушка.

- У меня свой, - усмехается Игорь.

- Ты решил меня споить? - когда она уходит, спрашиваю я. - У тебя ничего не выйдет. После вчерашних коктейлей я не притронусь ни к чему, что крепче кефира.

- Зря, - пожимает он плечами, - здесь хорошее вино к морепродуктам.

На это я молчу, а вот другой вопрос интересует очень остро.

- Ты хотел о чем-то поговорить?

- С чего ты взяла? Я хотел поужинать. А тебя надо учить выходить в свет. Чтобы ты не пугалась при виде креветок в ресторане и умела пользоваться приборами.

- Да за кого ты меня держишь! - возмущаюсь я. -Я умею пользоваться приборами и уж точно пробовала креветки!

- Сколько зубчиков на вилке для рыбы?

- Кокильная вилка маленькая, с тремя зубчиками и прорезью, бывают и четырехзубчатые. Для консервов — с пятью зубчиками и перемычкой. Для креветок двузубец. К омару подают иглу.

Игорь смотрит, удивленно подняв бровь, а я, пережив минуту триумфа, признаюсь:

- Нас же учили в отеле сервировке, чтобы мы могли, если что, пойти на замену в ресторан на завтраки или ужины.

Официант приносит Игорю кофе, мне вино и приборы. Я хихикаю, потому что несмотря на то, что мне заказали креветки, а Игорю — рыбу, вилки самые обычные, какими мы все привыкли есть.

Пока я занята рассматриванием интерьера, Игорь пересаживается на мой диван и притягивает меня к себе. Это происходит так неожиданно, что я вздрагиваю, а потом его губы касаются шеи, и меня снова куда-то уносит. Только сейчас это нельзя объяснить опьянением. Я просто таю, низ живота сводит от совершенно нового ощущения, а во всем теле появляется дикая слабость. Мне хочется расслабиться и продлить мгновение жутко приятного касания, но не дает покоя мысль, что это неправильно.

- Игорь! - пытаюсь возразить, правда, выходит как-то неубедительно.

- Что?

- Не надо.

- Приведи хоть одну причину, почему. Только не говори, что не хочешь, потому что этот довод я разнесу минуты за две.

- Нас увидят!

- И пусть, что с того?

- Тебе — возможно. Я к такому не привыкла.

- Еще варианты?

Мне хочется его укусить, честное слово! Прямо впиться зубами в шею, чтобы следы остались и на работе, как дурак, с шарфиком ходил.

- Ты старше.

- Опытнее, это в плюс.

- Ты мой опекун.

- Вообще заводит нереально, да?

- Нет!

Я отпрыгиваю от него, едва замечаю официанта с салатами. Игорь смеется, официант профессионально бесстрастен, а я краснею и берусь за вилку. Не станет же он приставать, пока я ем? Но, очевидно, я плохо знаю Крестовского, потому что он не возвращается на свое место, а намеревается ужинать рядом со мной. И даже не знаю, нравится мне это, или нет.