-- Да! Боюсь! У таких отморозков, как ты и твои дружки, нет тормозов! Вам ничего не стоит лишить человека работы, затащить против его воли к себе, изнасиловать, а потом выбросить игрушку на помойку. Вы так развлекаетесь, кайф от жизни ловите. Чтобы такие, как этот Вася или Вика, или Вадим, потом за вас все дерьмо разгребали! Вы выбросили Машку на мороз только потому, что она не такая, как вы, не вашего круга. А еще ты чем-то ее шантажируешь! Она боится тебя как огня! Ненавижу таких подонков, как ты! Вам все можно. Нет никаких запретов. Вы людей растаптываете, не глядя! Пусти меня!

Я толкнула парня в грудь. Он даже не вздрогнул, толкнула еще раз. Инстинкт самосохранения молчал. 

-- Закончила? А теперь поехали, – голос холодный, даже ледяной. Не такой, как обычно. Злой.

-- Никуда я с тобой не поеду!

Слабо понимаю, что делаю. Выбрасываю руку вперед, хочу ударить его, но Леднев – не Полянский. Не знаю, что он сделал, но уже через секунду обе мои руки заломлены за спину, я не могу пошевелиться. Он ещё и ноги мои как-то блокировал.

— Пусти, козел! — пытаюсь вырваться, но понимаю, что бесполезно.

Все, чему меня учили — это самооборона. Быстро и неожиданно обездвижить противника, отключить его на несколько минут, чтобы убежать. Но никак не вести бой с терминатором. В следующее мгновение он вдруг резко меня отпускает. Так резко, что, потеряв опору, я беспомощно машу руками пару секунд, а потом падаю. Падаю, черт возьми, на ровном месте.

— Так лучше? А теперь вставай и иди к машине, — Айс склонился надо мной, взял за руку и резко потянул на себя. Мне показалось, что я отскочила от асфальта.

Вытащил ключ из куртки. Щелчок, и в метрах пятнадцати от нас мигнули фары машины. Не отпуская мой локоть, быстро ведёт меня к автомобилю, открывает дверь, буквально заталкивает на переднее сидение.

— Пристегнись! -- быстро обходит машину спереди, и вот он уже рядом, в кресле водителя. Что-то нажал и двери заблокировались.

«Чудесно, Варя! Я в машине Леднева, он зол. Двери заблокированы, никого вокруг и… Ночь!»

— Адрес!

— Что?

— Твой адрес! Где ты живёшь?

Он, правда, везёт меня домой? Не выбросит по дороге? Не отдаст поглумиться каким-нибудь другим своим дружкам? Говорю адрес, зачем-то называю подъезд, номер квартиры, этаж...

 — Макс клянётся, что пальцем тебя не тронул, что просто хотел поговорить. И ты сама в вип-зону пошла. А потом его вырубила... Кстати, хороший удар. Кто учил?

— Он хотел меня изнасиловать! Он и этот его… Славян! И плевать ему, что это я его нашла! Он даже не знал об этом! Я не хотела никуда идти с ним, он просто затащил меня наверх. Я вообще тут официанткой работаю. Работала...

 — Давно?

— Чуть больше недели. А теперь я снова безработная. Думаешь, так легко найти работу?! — чувствую, что перехожу на крик, но мне плевать, меня несёт. — У меня мало опыта, мне 19, учусь на дневном. Это единственное нормальное место, куда меня взяли. И мне здесь нравилось, до сегодняшнего вечера!

— А куда не взяли? -- Айс не смотрит на меня, только на дорогу, ведёт машину легко, узнаю соседние дома. Мы почти приехали.

— Тебе зачем?

— Так куда?

 Зачем-то начинаю перечислять все недавние свои собеседования, говорю про Машку, которая против моей работы.

— У тебя, что, вообще никого нет? --  останавливает машину у моего подъезда и поворачивает голову.

— Не твоё дело. Спасибо, что подвёз. Открой дверь, пожалуйста.

Раздаётся щелчок, и я выхожу из машины. Неужели этот день наконец закончился, и я дома?

Глава десятая

Иду к двери подъезда, вытаскиваю на ходу ключи из сумки. И тут понимаю, что не слышу шум отъезжающей машины. Оборачиваюсь и вижу Леднева, который неспешно идет ко мне.

О нет, нет и нет! Какого ему надо? Спасибо, конечно, что довез, помог с Полянским, но на сегодня достаточно! Вообще достаточно! Лимит общения с Айсом за эти полтора месяца выбран на ближайшие десять лет. Нет, на двадцать!

-- Что еще? Уже поздно, и я хочу спать!

-- Я провожу.

Берет у меня ключи, открывает дверь подъезда и пропускает меня вперед. Джентльмен чертов!

В подъезде, как всегда, темно и грязно. И запах соответствующий… Здесь нередко по утрам зависают местные алкоголики, совсем не агрессивные, тихие мужики. Молодая шпана ошивается по вечерам, пьют, курят. В общем, делают все, что положено молодой шпане. А бабки-соседки их гоняют да вызывают полицию. А мне все равно: меня ни те, ни другие не трогают. От бабок, если честно, шуму больше.

Лифта у нас нет, поэтому идем пешком на четвертый этаж. Я знаю, что сзади меня Айс, но я не слышу его шагов. Это ж надо так бесшумно ступать? Его только запах выдает. То ли шампуня мужского, то ли какого-то лосьона… Приятный такой запах, нетяжелый, как обычно бывает у мужчин, выливших на себя полфлакона.

-- Здесь всегда так?