Он ринулся в коридор подальше от увиденного. Там уже ждали отец и дядя Артур. Оба выглядели бледными и озабоченными. Едва Кирилл показался в двери, они ринулись к нему.

— Кирюш, да не надо было тебе смотреть, — с болью в голосе проговорил отец.

— Пап, это не она!

Из хранилища вышли полицейские с патологоанатомом, который тут же включился в разговор:

— Свой отчет я уже предоставил. Погибшая — женщина возрастом около двадцати двух лет. Комплекция совпадает с предоставленными вами данными. Слепок зубов идентичен. Если вы настаиваете, мы можем провести ДНК-тест на родство с ребенком, но лично я в этом смысла не вижу. Я понимаю ваше горе, но…

— Да заткнитесь вы уже! — рявкнул Кирилл, обернувшись к нему. — Что вы мне суете какие-то головешки! Говорю же, это не она! Она живая, я чувствую! Папа, дядя, ну скажите им! Чего они тут развели… Работать не хотят. Киру искать нужно!

Один из полицейских, тот, что постарше, покопался немного в своем дипломате, достал небольшой прозрачный пакет и протянул младшему Трубачёву:

— Взгляните. Это нашли возле трупа.

Кирилл взял в руки пакет. Внутри оказались части разорванной и кое-где расплавленной золотой цепочки со съежившейся, почерневшей подвеской. Однако на обратной стороне всё еще виднелась часть гравировки: «…имой Ки...».

— Узнаете? — спросил полицейский.

— Здесь должно быть написано «Любимой Кире», — прохрипел он. — Я дарил ей это на Новый год. Значит, она…

— На ней были еще какие-то драгоценности? — спросил другой полицейский. — Что-нибудь ценное?

— Разве что кольцо, — вставил Александр Демьянович. — Заметное, с розовым бриллиантом. Она его всегда носила.

— Кольца мы не нашли, — покачал головой молодой полицейский. — Но мы нашли не всё тело целиком. Правой кисти так и не удалось обнаружить.

— Найдите! — воскликнул Кирилл.

— Вы хотите вернуть кольцо? — спросил он. — Вряд ли оно уцелело.

— Да плевать мне на кольцо! Кисть ее найдите! Чтобы она вся была вместе. Чтобы я ее хоть похоронить нормально смог. Господи, девочки мои…

Кирилл застонал. Пакет с подвеской упал на пол, очертания присутствующих вдруг стали размываться. Пол покачнулся. Он резко схватился за грудь и стал оседать по стенке, жадно вдыхая ртом и гадая, кто высосал из комнаты весь воздух.

 

22 апреля 2019 года

09:00

 

Правую руку свело судорогой. Кирилл поморщился от резкой боли и очнулся. Из вены торчала капельница. Он пошевелил локтем, пытаясь устроиться удобнее, и обвел больничную палату взглядом. Возле кровати сидел бледный, как полотно, отец.

— Проснулся, слава богу! — облегченно вздохнул он и потянулся к сыну. — Заставил ты меня поволноваться, дружок!

Кирилл попытался сесть, но тело его не слушалось. Мышцы задеревенели, в голове стоял шум. Он поморщился, стараясь вспомнить, как мог здесь очутиться.

— Пап, — простонал он тихо. — Скажи, а что я тут делаю? Я в больнице, да? А где Кира? Почему она не пришла меня навестить?

— Сыночек... Кира не придет.

— Всё еще злится, да? — спросил он.

Мысли потихоньку прояснялись. Воспоминания о вчерашнем дне начали просачиваться сквозь окружившую сознание пелену. Кирилл помотал головой, пытаясь понять, что из всплывших в голове образов правда, а что сон.

— Пап, — окрепшим голосом спросил он. — Мне это не приснилось? Они погибли?

Отец кивнул и сжал его руку.

— Держись, сынок.

— Господи, ну зачем, зачем я купил ей эту долбаную «Теслу»! Может, в другой машине она и не разбилась бы… — забубнил Кирилл. — Я ведь даже не успел сказать, как я ее люблю.

— Она знала, Кирюш! — попытался успокоить тот сына.

— Ничего она не знала! — простонал тот. — Это я во всем виноват! Если бы я ей позвонил в то утро, может, она и не поехала бы никуда. Почему я ей не позвонил перед вылетом…

В груди резко кольнуло. Кирилл сморщился и потянулся рукой к сердцу.

— Пап, у меня был сердечный приступ, да?

— Нет, у тебя здоровое сердце, сынок. Просто приступ паники. Тебя накачали успокоительными, к вечеру отойдешь, и поедем домой.

— Лучше б инфаркт, — выкрикнул Кирилл.

— Ты что такое говоришь! — попытался образумить его отец. — Всё с тобой будет нормально!

— Не хочу нормально, — ответил тот и отвернулся к стене. — Сдохнуть хочу! Сдохнуть!

Александр Демьянович покачал головой и вцепился в плечо сына.

— Рано тебе! Соберись, завтра похороны.

 

3 мая 2019 года

11:00

 

— Так и знал, что найду тебя здесь, — услышал Кирилл голос Натана. — Который день у их могил сидишь. Нельзя так, дружище.

Кирилл обернулся и одарил его мутным усталым взглядом. Друг подошел к лавке и сел рядом, потом потянулся и попытался забрать у Кирилла бутылку коньяка.

— Еще утро, а ты уже лыка не вяжешь! Пойдем, отвезу тебя домой.

Натан покачал головой, отметив внешний вид Трубачёва: тот был в помятой одежде, лицо осунулось и похудело, щеки покрывала недельная щетина.