— Попрошу вас не лезть в мою личную жизнь своими цепкими пальчиками, — Ренельд вновь повернулся к вдове.

— Но вы же лезете в мою своими здоровенными ручищами,  — она покрутила у него перед лицом своими изящными ладошками. — Боюсь, после этого я не смогу восстановить нанесённый ей вами ущерб.

— Я имею на это право. В целях следствия.

— Теперь следствием вы будете оправдывать любую попытку встряхнуть моё исподнее. Да, ваша светлость? Очень удобно!

— Если понадобится, — Ренельд чуть подался к ней, стараясь вложить в голос побольше угрозы. — Кстати. В целях следствия. Завтра вам рекомендовано прибыть в королевскую резиденцию ко мне лично. Чтобы составить с ваших слов полную картину всего произошедшего. И запротоколировать. Сегодня — так уж и быть — я даю вам время восстановиться после случившегося. И обдумать всё то, что вы можете рассказать мне полезного. Тибер оставит вам официальное извещение.

Мариэтта возмущённо нахмурилась, но не успела подобрать достаточно колкие слова, прежде чем в погреб заглянула мадам Хибоу. Та озабоченно оглядела разруху кругом. А затем с плохо скрываемым негодованием уставилась на Ренельда, словно он всё это здесь и устроил.

— Ваше сиятельство… — начала она. — Все разъехались. Обед готов. На сколько персон прикажете накрывать на стол?

В её голосе прозвучала явственная надежда, что герцог вместе с помощником — а особенно с Лабьетом — тоже не станут задерживаться.

— Останетесь отобедать? — с елейным гостеприимством предложила Мариэтта. — Ваша светлость.

— Нет, благодарю.

Ренельд натянуто улыбнулся.

— Я настаиваю, — добавила вдовушка с придыханием, но в её тоне отчётливо угадывалось пожелание, чтобы он изволил немедленно провалиться в Бездну.

“Я бы остался”, — беспечно бросил шинакорн, встряхиваясь.

— Да тебе лишь бы накормили, — огрызнулся Ренельд. А вслух повторил: — Благодарю за приглашение, но я всё же откажусь. У меня ещё уйма дел. А вы отдыхайте, миледи. Завтра жду вас в Марбре. Со списком слуг и визитов в имение. К тому же я оставлю с вами охрану.

— У меня в доме достаточно охраны, — подозрительно прищурившись, проговорила вдовушка.

— Бесполезной охраны, — уточнил Ренельд. — Которая пропустила в дом того, кто устроил вам немалую гадость, верно?

Экономка, которая весьма внимательно следила за разговором, нарочито громко вздохнула, явно недовольная тем, что некоторое время им с хозяйкой придётся терпеть под боком у себя лишних людей.

— Будто от ваших соглядатаев будет прок,  — Мариэтта безразлично пожала плечами. — Или вы пытаетесь так успокоить свою совесть?

— Моя совесть и так спокойна: для того, чтобы прекратить подобные нападения, я сделаю всё возможное. И вам советовал бы не пренебрегать помощью, — Ренельд опустил взгляд на Лабьета, который увлечённо чесал задней лапой за ухом. Прямо дворовый пёс, а не шинакорн, гроза всех мелких тварей из Бездны, на которых он и охотился бы, останься жить в своей родной стихии. — Но я говорю не о жандармах. До вашего завтрашнего визита в Марбр, я оставлю с вами Лабьета. Лучшего стража сложно придумать.

“Э, Рен! Постой! — тот сел по стойке “смирно”. — Я согласен отведать здешней запечённой индейки. Но ночевать на коврике мадам Конфетки…”

— Не думаю, что вам стоит идти на такие жертвы, месье де Ламьер. Такой ценный помощник следствию. Вы ведь неразлучны!  — Мариэтта, похоже, немало удивилась.  Если не испугалась. — И ваш… друг наверняка будет без вас тосковать. Это жестоко!

Жалостливые нотки в конце речи плоховато ей удались. Видимо, от растерянности. А уж как расширились глаза её экономки — стало на миг страшно, что её прямо здесь хватит удар. Она беззвучно пошлёпала побледневшими губами и даже чуть попятилась.

— Лабьет немало сегодня изучил остатки опасного заклинания. У него на это особый нюх. И если вдруг он почувствует похожую ауру, то обязательно даст знать. Это даже лучше жандармов, — пришлось остаться глухим к возмущению шинакорна и явному обещанию страшного отмщения — в глазах вдовушки.

“Если она повяжет мне на хвост ленточку, я тебе этого никогда не прощу!” — прорычал Лабьет.

— Ты же воспылал любовью к ауре мадам д’Амран. К тому же тебя здесь точно отменно накормят, чтобы ты никого не сожрал. Наслаждайся.

“Что же, прикажешь мне смотреть, как она переодевается или принимает ванну? Мне-то дела нет. Но я ведь потом расскажу тебе в красках, попомни моё слово!”

— Главное, понаблюдай за ней. И послушай. Вряд ли она при тебе станет что-то скрывать, — Ренельд с самым растроганным видом потрепал пса по макушке. А затем напоследок обратился к озадаченно разглядывающей его Мариэтте: — И да, мадам д’Амран… Не советую закрывать перед ним двери. Испортит.

Глава 8.1

Что это вообще было?! Что за совершенно нахальное посягательство на мою личную жизнь? Более того — на моё личное пространство!