Потому распрощавшись с Ноэлем, Ренельд и Лабьет снова погрузились в карету. Охлаждающий артефакт уже окончательно разрядился, потому повозка постепенно начала напоминать жерло проснувшегося вулкана.

Пришлось наведаться в жандармерию, чтобы место нападения на Ноэля не осталось без присмотра.

Благо после до столичной резиденции короля доехали быстро. Во дворе бодро брызгал фонтан, даря обманное ощущение прохлады и осыпая всё вокруг мелкими каплями. По открытой галерее первого этажа неспешно прогуливались придворные и сновали слуги — все старались спрятаться в тени.

— Ваша светлость! — прилетело в спину, когда Ренельд с Лабьетом уже поднимались по главному крыльцу замка Марбр.

Месье Лимиер, на ходу промакивая блестящие залысины платком, бежал следом, нежно прижимая к груди пухлую кожаную папку с бумагами. Но сразу придержал шаг, когда шинакорн повернул к нему морду. Лёгкая неприязнь была у них взаимной.

— Доброе утро, Зелин, — Ренельд остановился, дожидаясь следователя.

— Я вас ждал, но такая духота. Даже охладители мало справляются. Вот, вышел во двор. А тут ещё хуже.

Он махнул рукой, подзывая двоих жандармов, что топтались неподалёку. Без своих подручных Зелин нигде не появлялся. Даже в королевской резиденции — похоже, видел в этом показатель особого статуса.

Вместе они поднялись до малой приёмной, что прилегала к отведённым Ренельду покоям. Здесь ему всегда были рады, и он мог бы жить в резиденции постоянно, но всё же предпочитал уезжать в родовое имение, если в столице не случалось слишком важных дел. Но, похоже, теперь придётся задержаться здесь невесть на сколько. Похищение светлых аур у магов — одно из самых серьёзных преступлений.

И месье Лимиер лишь подтвердил все опасения.

4.3

— Значит, это уже второй случай за последние сутки, — заключил он, выслушав рассказ Ренельда о происшествии с мастером Ноэлем Ливром. — Нет, раньше такое тоже случалось… Но очень редко. Походило больше на мелкие кражи без особых последствий.

— Возможно, случайности, — отметил Ренельд, наблюдая, как следователь роется в папке. — А может, пристреливались.

В конце концов, разработка такой ловушки даже для умелого мага, требует усилий и времени. А ещё испытаний на “подопытных”. 

— Возможно. Вот это письмо пришло сегодня рано утром с нарочным, — Зелин вынул конверт и протянул ему. — Туда мы ещё не выезжали. Решили дождаться вашего мнения. Но лицо, скажем так, весьма значительное, поэтому я и обратился к вам, ваша светлость. Если страдают такие маги…

Он многозначительно возвёл глаза к потолку и снова промокнул платком лоб, словно одна только мысль о высоте происхождения “пострадавшего” вызывала у него прилив. Лабьет, который прилёг, кажется, в самом затенённом углу приёмной, навострил уши, приготовившись слушать подробности.

“Не видать мне отбивной на пикнике в выходные, — тоскливо заключил он. — Будем мотаться невесть где. Да, Рен?”

— Посмотрим, — ответил тот.

Он развернул письмо, пробежался взглядом по первым строчкам. Недоуменно перечёл их ещё раз и тряхнул листком перед глазами вмиг побледневшего Зелина.

— Что это? Вы серьёзно?

“Р-растяпа, — насмешливо рыкнул шинакорн, поглядывая на следователя и потрясая шипастым хвостом, словно гремучая змея. — Давно пора прикусить ему некоторые места, что отвечают за сообразительность”.

Месье Лимиер забрал у Ренельда письмо и перечитал тоже.

— Простите, ваша светлость! Перепутал, — засуетился, снова запуская руку в свою папку. — Это отдали мне перед самым выходом. Я прочитал, пока ехал до резиденции. Ничего серьёзного. Управляющий винодельней Шато Д’Амран тот ещё паникёр. Как появится какое пятнышко на листочке одной из его драгоценных лоз, он готов обвинить всех магов мира в злых кознях. Обычно у него это быстро проходит. Хозяйка-то у него ого-го! Я б перед такой тоже приплясывал. Ну, вы понимаете… 

Он усмехнулся, прищурив один глаз, но встретившись взглядом с Ренельдом, тут же посерьёзнел.

— Дайте сюда, — тот выхватил у следователя письмо обратно. — Д’Амран, говорите?

Что ж, похоже, вдовушка не собиралась позволять забыть о ней хотя бы на полдня. Пусть даже волею стороннего случая. В испещрённом глупыми завитушками письме и правда говорилось о некоторой неприятности, что случилась на виноградниках Шато. Но это вряд ли входило в интересы королевского дознавателя. Не тот масштаб.

От листка доносился слабый запах каких-то духов. В нижнем правом углу его виднелось едва заметное чернильное пятнышко, которое, видно, торопливо попытались стереть. Похоже, управляющий, когда писал в столичную жандармерию, немало торопился. Или был взволнован.

— Вы всё же не игнорируйте этот случай, если вас попросят разобраться, — проговорил Ренельд, дочитав пылкое и полное страданий послание.

— Конечно, ваша светлость, — сразу согласился Лимиер.