- Алонзо! - рявкает дед. - Или синьор! А глядя на твоё беспечное отношение к вопросам семьи, я разрешаю тебе называть меня только синьор. Ясно?

- Да, синьор! - цежу сквозь стиснутые зубы.

- Хорошо, - чуть спокойнее говорит дед. -  А теперь скажи, как ты собираешься исправлять эту ситуацию и собираешься ли?

В голосе деда звучат стальные нотки и такая злоба, которой я не слышал раньше. У него либо совсем худо со здоровьем, либо семейный нотариус в очередной раз напомнил о необходимости составления завещания.

- Сначала я поговорю с Фелицией и её семьёй. Они предоставили нам неверные данные, - говорю я и слышу в ответ насмешливое фырканье деда.

- Ты можешь хоть сплясать на лысой голове отца Фелиции! Но плодоносящей твоя жена сможет стать только в том случае, если господь заберёт её обратно и переделает! От и до, Леон. Не иначе. Ты же видел, что она даже не сможет воспользоваться ЭКО! Видел? Ах нет, ты, конечно, ещё даже не смотрел в выписки. Знаешь, что?! Скажу нотариусу, что моему внуку не нужны деньги Моретти. Пусть составит завещание и пустит всё на благотворительность. О, и ещё даст жирный кусок семейке Риччи, внебрачным детям твоего дядюшки… Да, пусть они  пользуются деньгами. Они плодятся, как кролики. Им деньги нужнее. А ты и дальше отмораживай яйца в холодной России!

Он говорит это серьёзно? Кажется, что мой дед окончательно выжил из ума. Капризы стариков до добра не доведут. А с его тяжёлым характером можно ожидать, что он приведёт угрозу в исполнение.

- Синьор, - говорю, стараясь не повышать голос на деда. - Я всё исправлю.

- Мне нужен наследник. Точка. Или хотя бы заверение, что ты работаешь над этим. Плевать, кто тебе его родит! - рубит словами дед.

- Вот как? Но Фелиция и её семья...

- Очнись, кретин! Вместо ездовой кобылы они втюхали нам хромоногую клячу. Думаешь, они не в курсе, что она пустышка?! В курсе! - рявкает дед. - Именно поэтому они заткнут свои рты… Все. Они примут любого твоего ребёнка. ЛЮ-БО-ГО! Фелиция воспитает его, как своего собственного. Он будет принят и любим их семьёй. Такова будет плата за их обман. 

- Я понял, - говорю. - Понял.

- Тогда осемени кого-нибудь. Прямо сейчас. Ты же трахаешь шалав налево и направо. Не стоит отнекиваться. Мои люди видели, что ты отжигал в черте Неаполя с русской Наташей.

- С Алиной.

- Плевать на её имя. Она молода. Репродуктивный возраст. Ей не нужны деньги? Или она больна?

- Нет. С ней всё в полном порядке, - говорю и подскакивая, матерясь.

- Следи за языком, мальчишка.

- Синьор, я могу порадовать вас прямо сейчас. Она уже беременна от меня. Но я… 

- Да что ты говоришь? Пока не увижу собственными глазами результаты, не поверю тебе. Предоставь мне доказательства. В кратчайшие сроки. Ты меня услышал, Леон. А если не услышал, готовься остаток жизни доживать в России и умирать там же. Точка.

В трубке слышатся короткие гудки. Я набираю номер клиники. Не отвечают. Звоню напрямую лечащему врачу. Тишина. Набираю номер своих кретинов. Но сам быстрее ветра несусь прочь из отеля.

- Арман! Живо за руль! - ору, называя адрес клиники. 

Через минуту удаётся дозвониться до одного из своих людей.

- Какого хрена ты телишься? Где Алина?

- Её уже повезли на операцию, босс, - отчитывается охранник. - Начнётся через пять минут. 

- Останови всё, млять! Никакого аборта. Задержи девчонку! Немедленно…

- Будет сделано, босс!

Охранник отключается. Я выдыхаю чуть спокойнее, но ворот рубахи до сих пор давит на горло капканом. 

- Поезжай скорее, - рычу водителю. 

Операцию отменят. Придётся Лине рожать. Дед получит наследника. Я - Клубничку. В полное распоряжение. Почти на целый год. Ожидание и дурная радость пьянит мою кровь. Чему я так рад? Я едва не придушил подлую суку за её ложь. Но, кажется, остыл. Успокоился. Пожалел. И в тайне возжелал этот порочный сладкий фрукт.

Телефон снова начинает трезвонить в моих руках.

- Босс, тут такое дело… - мнётся охранник.

- Что ещё?! 

- Мы не можем её найти. Только что была здесь и сбежала…

Дорогие! Очень нужна ваша поддержка!! Где же ваши лайки?? И отзывы!  

11 тыс библиотек и всего 2 тыс лайков(

Глава 11 (1).

Я вижу высокое белое здание частной медицинской клиники и чувствую, как бешено ускоряется моё сердце в груди, а в ноздри врывается запах смерти. Нет! Не хочу! Не хочу никакой операции. Я боюсь их до смерти. Вдруг что-то пойдёт не так?