«Выглядит он обалденно», - едва не выпалила я, но вовремя себя остановила.

- Полина, он к тебе пристает?

- Нет, что ты! Боже упаси! – возмутилась я и сама поразилась, как искренне прозвучал этот гневный протест.

Конечно, Буланский вовсе ко мне не пристает. Он не подкатывал, не делал тонких намеков, не стрелял глазами. Просто однажды, когда я вошла к нему в кабинет, он усадил меня на стол и оттрахал так, что в глазах замелькала радуга.

Не знаю, можно ли расценивать это как приставание.

- Почему же ты ищешь другую работу?

«Что ответить? Что ответить?» - заметалась я. Ужин превратился в допрос. Расслабиться после тяжелого рабочего дня не удалось. 

- Потому что я выдохлась. Слишком большая нагрузка. Я постоянно задерживаюсь до восьми. Всегда на связи, даже ночью, вдруг у партнеров, которые находятся в другом часовом поясе, возникнут какие-то вопросы. Бывает и по субботам готовлю документы, бронирую гостиницы для гостей, езжу в аэропорт встречать и так далее. Такое ощущение, что жизнь проходит мимо меня. А ведь это самые лучшие мои годы.

- Значит, ты хочешь найти что-то полегче?

- Да. Чтобы заканчивать в шесть вечера и после этого полностью принадлежать себе.

- Понятно… Я-то решил, что у тебя какие-то терки с Буланским.

- Вовсе нет. Все нормально.

…Я продолжала обдумывать слова Виктора и после того, как он подвез меня до дому, и мы расстались. Он назвал моего босса бабником и плейбоем. Это царапало мое самолюбие, я расстроилась. Незавидная репутация у Буланского.  Почему-то хотелось найти у него больше положительных черт. Зачем мне это? 

Хотя бы в одном я не соврала Вите: я на самом деле хотела бы меньше думать о работе – и о директоре! – в нерабочее время. Но мне это никак не удавалось.

21

ЕГОР 

Неделя выдалась безумно напряженной, носился по городу как бобик, одна встреча, вторая, третья… К концу пятницы уже чувствовал себя совершенно измочаленным. Но напряженный график был для меня несомненным плюсом, потому что только так я мог отвлечься от мыслей о Полине. Только работа вырывала меня из безумных грез и воспаленных фантазий.  Две эротические сессии – сначала в квартире у Полины, потом в моей машине - не только не утолили голод, но распалили его еще больше. Гадство! Мне никогда не удастся пресытиться этой женщиной! Под конец рабочего дня, едва наметился просвет в делах и возникла небольшая пауза, я тут же заполнил ее размышлениями о Полине.

Вот бы нас связывали здоровые отношения «директор-секретарша»! Это когда в любую минуту ты можешь вызвать ее по селектору, она войдёт и беспрекословно и радостно примет член в свой восхитительный горячий рот. Или посадить ее в комнату отдыха, пристегнуть наручниками к… к чему там можно пристегнуть… ну, не важно… и заглядывать туда в течение дня, чтобы быстро, но качественно, до воплей, оттрахать ее.

Проблема в том, что Полина не согласиться на такой формат отношений. Для нее это неприемлемо.

На всякий случай, чтобы проверить, поставил научный эксперимент. Вызвал ассистентку в кабинет. Сегодня она выглядела потрясающе, ну, как обычно. Узкая черная юбка обтягивала стройные бедра, кремовая блузка с пышными рукавами была украшена крупным бантом. Еще и чулки были не простые, а в какую-то едва заметную крапинку, и от этих крапинок меня капитально колбасило. А мысль, что это точно чулки с широкой кружевной резинкой, а не колготы, вовсе доводила до безумия.

- Подойди, - приказал я, пожирая помощницу взглядом, и отъехал в кресле от стола.

Полина процокала каблуками в мою сторону. Я видел, что она тоже устала, но еще держалась. И девушка явно не знала, что от меня ждать, ее взгляд был настороженным.

- Иди сюда,  - более мягко сказал я. – Давай, детка, встань на колени и сделай мне хорошо.

Член, затянутый брюками, оживился и возликовал до такой степени, что попытался встать по стойке смирно, но ткань не позволила ему произвести этот маневр.

Полина вздрогнула, уставилась на меня… У нее был такой взгляд, что мне вдруг стало стыдно.

Чччерт! Наверное, я переборщил.

Полина что-то пробормотала себе под нос, яростно сверкая глазами.

- Что? – не понял я.

- Ты мерзкий ублюдок, - зло выпалила она. Развернулась на сто восемьдесят градусов и ринулась вон из кабинета. Напоследок еще и дверью шарахнула.

Ну вот. Что и требовалось доказать. Сколько раз я произносил эту фразу, и девица с готовностью принималась ублажать меня. А вот с собственной ассистенткой этот фокус не проходит.

Ладно, я, по крайней мере, проверил.