Закрыв дверь, мы набросились на букет, так как сразу заметили среди бутонов красивый конвертик. Он был точно такого же цвета, как и шелковая лента, и это смотрелось очень изящно.

- Открывай, открывай! Кто прислал тебе этот фантастический букет?! – от нетерпения подпрыгивала Ксюша, пока я вскрывала конверт. – Это твой босс, твой босс, твой босс!

- Нет, это не он, - упавшим голосом ответила я. – «Жаль, что не удалось сегодня встретиться! Виктор», - зачитала я текст записки. 

Внезапно в груди оборвалась какая-то струна, все вокруг стало серым и скучным, хотя в руках я держала роскошные цветы. Почему? С какого перепугу я вдруг решила, что букет прислал Буланский? Чтобы отметить, насколько потрясающим был наш сегодняшний секс? Так у нас он всегда потрясающий. Предыдущие четыре раза я ничего не ждала, только злилась на себя и Егора. А сейчас почему-то расчувствовалась, стала сентиментальной.

- Значит, цветы от Виктора, - разочарованно протянула Ксюша. Она забрала у меня карточку и прочитала еще раз. – Кхм… Красивый жест. Наверное, я действительно погорячилась, когда называла его компьютерным задротом.

- А я тебе говорила!

- Больше не буду. Мне ни разу в жизни такие цветы не присылали.

- И мне.

- М-да. Это производит впечатление. Витя – молодец. А ты говоришь, он и внешне ничего?

- Очень даже. Не такой роскошный, конечно, как мой директор, но весьма симпатичный.

- Так. Если что – познакомишь, ладно?

- В смысле – если что?

- Если поймешь, что он тебе совсем не нужен. А я тут как тут. Так и быть, утешу расстроенного парня, - засмеялась подруга. – Я тоже хочу, чтобы мне цветы присылали! – скривила она расстроенную рожицу. – И у меня сейчас никого. Договорились?

- Хорошо. Только я пока еще совсем не могу разобраться в себе. Я же тебе говорю, я запуталась.

- Теперь и я тоже запуталась, если честно, - призналась Ксюха.

Благодаря эффектному жесту, Витины акции в наших глазах резко возросли. Но почему-то остаток вечера сердце у меня то и дело сжималось от разочарования.

20

ПОЛИНА

Рабочая неделя набирала обороты,  весь офис был сильно загружен. Мы даже оглянуться не успели, а уже наступил четверг. Я металась по этажам с документами и распоряжениями, Егор постоянно уезжал на деловые встречи. В понедельник он признался, что считает меня отличным сотрудником,  и после этого, похоже, ему стало гораздо проще говорить мне комплименты. До этого четыре месяца я страдала от его придирок, а вот теперь выяснилось, что он втайне очень ценит мою работу.

Теперь я почувствовала себя гораздо более уверенно. Ту энергию, которую раньше приходилось тратить на защиту от нападок начальника, можно было израсходовать на эффективную трудовую деятельность.  

Поиски нового места притормозились. Почему-то мне совершенно ничего не нравилось. То зарплата небольшая, то район удаленный, то фирма подозрительная. И так далее. Наверное, это были происки моего подсознания: на самом деле мне ужасно не хотелось увольняться из холдинга. Тем более сейчас, когда Буланский перестал зверствовать, стал помягче.

Я вдруг подумала: а что если он издевался надо мной все эти месяцы вовсе не потому, что он от природы гнусный тип. А потому что он сразу же запал на меня, как только мы начали работать вместе. Возможен ли такой вариант? Или я выдаю желаемое за действительное?

- Очень даже может быть, - сказала Ксюша мне по телефону в обеденный перерыв. – Все мальчишки дергают за косы девчонок, которые им нравятся. Вот видишь, немножко прикормила мужика, он сразу подобрел.  А когда ты обеспечишь начальника бесперебойным сексом, он станет вообще шелковым. Будешь кружева из него плести. Прислушайся к совету мудрой подруги, не мучай красавчика, дай ему все, что он хочет! Мечтаю погулять на вашей свадьбе. Полина Буланская – это звучит, согласись?

Ничего себе, она разогналась! Уже и о свадьбе думает.

Но Ксюха ошибается. У нас ничего не получится. Подозреваю, после яркого эпизода в салоне «ауди» мой директор уже пресытился. Всю неделю он держался со мной корректно, даже почти официально. Да, несколько раз похвалил и улыбнулся, но не более. Я поддерживала этот стиль общения, но чувствовала себя обманутой. Мне казалось, Егор ко мне охладел. А я сгорала от желания.

Утром он на минуту задержался у моего стола – уезжал на совещание и давал перед уходом распоряжения, а я запоминала. Он уже надел пальто, а теперь натягивал зачем-то перчатки, хотя мог это сделать, выйдя из здания. Я, как завороженная следила, как он это делает, и у меня почему-то напряглись соски, грудь сразу же потяжелела, а между ног разлилось предательское тепло. Ну чего вдруг, а? Зачем?!

- Но, Полина, ты совсем меня не слушаешь, - мягко заметил Буланский. Раньше он сказал бы это высокомерно и раздраженно, но сейчас его слова  прозвучали почти ласково.