- Чего тебе, малыш Чарли?

- Есть разговор.

- Я не принимаю без предварительной записи, - демон отвернулся, явно собираясь уйти. Свита тоже отвернулась, окатив Чарли на прощание волной презрения.

Оборотень сжал кулаки. Глупая затея. Он знал, что с Раумом бесполезно разговаривать. Но не оставлять же все как есть? Чарли - старший из Маккензи в столице, и он мужчина. Он дожен что-то сделать! Защитить женщину своего клана.

Юноша ускорил шаг и догнал компанию.

- Это по поводу Дженни, - выпалил он, не обращая внимания на неприязненные взгляды припевал.

Раум снова остановился.

- Ну, раз по поводу Дженни… - протянул он. - Тогда вещай, Маккензи. У тебя пять минут.

Чарли еле сдержался, чтобы не выругаться.

- Наедине, - уточнил он, ответив свите таким же злым взглядом. - Без этих… И пять минут - это мало.

- Прости, малыш, - в голосе демона зазвучала неприкрытая насмешка. - Но мое время расписано по минутам. Если хочешь личную аудиенцию, приходи сегодня вечером в “Счастливую семерку”. Там и поговорим.

- Эй, подожди!

Но удалявшийся демон словно не услышал окрика. А когда Чарли попробовал снова догнать его, шагавший в хвосте группы джинн обернулся и недовольно оскалился:

- Тебе сказали - вали отсюда.

Все, что осталось Чарли - проводить свиту во главе с Раумом полным бессильной злобы взглядом.

***

У дверей клуба Чарли снова заколебался. Ему не хотелось возвращаться сюда, к месту, которое стало свидетелем его позора. Не хотелось смотреть в глаза всем, кто был в тот вечер в “Счастливой семерке” и видел его проигрыш. И меньше всего хотелось отвечать на вопросы где именно он взял деньги, чтобы расплатиться с ди Форкалоненом.

Если уж совсем начистоту, то ему вообще отчаянно не хотелось начинать этот разговор. Но надо. Если не он, то кто?

Поэтому он толкнул створку и шагнул внутрь.

В клубе все было так же, как и неделей раньше. Приглушенный свет отражался в полированных поверхностях, плясал на дорогой отделке стен, хрустальных бокалах с виски. Пахло дорогими сигарами, деньгами и сдержанной роскошью.  На этот аромат, Чарли в свое время и повелся. На атмосферу шика, элитарности всего происходящего. За столами сидели его ровесники, такие же адепты академии, вчерашние дети, но в клубе они казались старше, внушительнее. Суммы с множеством нулей, фигурировавшие на расписках, добавляли происходившему солидности, делали каким-то значимым.

Идиотизм? Несомненно. Но чтобы понять это, надо проиграть восемьсот тысяч, пережить полные мучительного отчаяния три дня, отказаться от мысли просить у отца помощи и смириться с тем, что твоя жизнь кончена. И все это для того, чтобы узнать, что твоя подруга детства сумела спасти тебя, сделав… Что?

Что-то страшное. Унизительное. Подарившее демону власть над ней.

Он предпочел бы ничего не знать об этом. Не вспоминать, не думать. Не встречаться с горькой правдой и собственным невозможным долгом перед девушкой. Чарли чувствовал себя беззащитным перед ними.

Но долг и вина грызла изнутри, требовали что-то сделать. Задать тот самый вопрос, узнать подробности.

Вчера он все-таки решился спросить у Дженни, как у нее получилось выманить расписки у демона. Подруга детства вздрогнула, покраснела и резко ответила: “Не важно! Чарли, я не хочу говорить об этом. Не напоминай мне про ди Форкалонена! ”, подтвердив тем самым страшные догадки.

А кроме девушки о цене, уплаченной за расписки, знал Раум. Раум, который теперь крутился вокруг рыжей полукровки так, словно ему медом намазано.

Чарли вспомнил подсмотренную сцену в беседке и чуть не зарычал от злости. Это его Дженни! Его подружка, младшая сестра, а может и что-то большее… Что-то, чему он никогда не давал волю, потому что знал: его долг, как будущего вожака, найти себе волчицу среди дочерей союзных кланов.

Дженни… Разбитые локти, коленки, встрепанные кудряшки, и зеленые глазищи - всегда, с той самой первой встречи смотревшие на него с таким восхищением и такой верой, что Чарли чувствовал себя рядом с ней повелителем вселенной. Сначала просто подруга. Неловкая городская девчонка, чужачка, она нуждалась в его покровительстве. И дарила в ответ беззаветную преданность. Это ведь так сладко - быть для кого-то героев. Даже если этот “кто-то” - рыжая полукровка без способности к обороту.

Она долго оставалась для него ребенком. Подругой, милой смешной сестренкой. До тех самых пор, пока ему не пришлось почти на пять месяцев покинуть земли Маккензи, чтобы объехать с отцом все прочие кланы. Ритуальное знакомство, налаживание связей, братание с другими вожаками и их наследниками. Пять месяцев в дороге, бесчисленные имена и лица, цифры и данные, которые необходимо было запомнить.