– И как наследный принц оказался рабом на невольничьем рынке? – вскинула я бровь.

– Лисантиил убил моего отца, сравнял с землёй наш замок и ликвидировал королевство Торансии. Теперь это называется Четвёртым округом империи, – с горечью ответил Дин.

 – Что??? – у меня было такое чувство, словно мне врезали под дых. – Нет, этого не может быть! – мой разум категорически отказывался воспринимать Ли в образе монстра.

– Может, – голос Дина был на удивление ровным и спокойным. – И он всё сделал правильно. На его месте я поступил бы так же, – огорошил он меня.

– Поясни, – выдавила я из себя.

– У моего отца был очень тяжёлый характер, – погрузился Дин в воспоминания. – Его все боялись и многие ненавидели. Когда мне было три года, он казнил мою мать за то, что она опоздала к обеду. Воспринял это как личное оскорбление, – мрачно усмехнулся он. – После этого он обзавёлся гаремом, устраивал безумные оргии, попойки и показательное сожжение на костре всех, кто ему чем-то не угодил. А с годами у него развилась паранойя, и он стал видеть врагов даже там, где их и в помине не было.

– Какой кошмар! – я была потрясена до глубины души, представляя себе, через какой ад прошёл этот милый принц в детстве.

– Как мой отец ни старался, ни одна из его жён, наложниц и любовниц не смогла родить ему нового сына, поэтому долгое время он мирился с моим существованием и особо не трогал. Иначе, я уверен, он давно бы меня убил. У меня есть лишь сводная сестрёнка – Ивинтиэль, – голос Дина потеплел.

– А где она сейчас? – спросила я.

– Не знаю, – нахмурился он. – Но я обязательно её найду! – твёрдо заявил он и продолжил свой рассказ: – Едва мне исполнилось двадцать, король обрушил репрессии на своё ближайшее окружение. Под удар попали мои друзья и их родители, и на меня посыпались мольбы о помощи. Но все мои попытки повлиять на отца, переубедить его или хотя бы заменить казни на пожизненное заключение заканчивались лишь его вспышками ярости и упрёками в моей наглости и неблагодарности. После одной из таких бесед его терпение лопнуло, он объявил меня предателем и заявил, что отказывается от меня и у него больше нет сына. Меня бросили в темницу, и в тот же день он собственноручно вырезал мою метку законнорожденного наследника престола. Я стал никем.

– Ужас!  – моё сердце разрывалось от боли и жалости к этому милому принцу. – А эта метка – она вернётся? Проявится когда-нибудь?

– Она могла бы вернуться, если бы отец простил меня и снова официально признал своим сыном. Но он мёртв, и обрести метку повторно мне уже не светит, – в голосе Дина была обречённость. – Заточив меня в подземелье, отец объявил всем о моей кончине из-за внезапной болезни, и уже через пару лет обо мне все забыли.  А я оставался узником в своём родном замке до тех пор, пока отец не сошёл с ума настолько, что объявил войну Лисантиилу.  Император пришёл в ярость, явился с армией и подавил мятеж на корню. Он разгромил войско моего отца, убил непокорного короля и отдал приказ освободить всех его пленников, а после этого – уничтожить замок. Так я оказался на воле – без имени, метки и наследства. Десять лет я скитался по империи, перебиваясь случайными заработками, и в конце концов нарвался на отряд кертингов. Я неплохой воин, но их было слишком много. Они взяли меня в плен и отвезли на невольничий рынок. Остальное ты знаешь.

– А ты не пробовал поговорить с императором? Всё ему объяснить, заверить его в своей преданности? Может, он вернул бы тебе королевство? – с грустью спросила я.

– Без метки я лишь самозванец, – покачал он головой. – Меня официально похоронили несколько лет назад, оплакали и благополучно забыли. Так что теперь я – никто. Просто Олдин. Твой преданный раб. Я счастлив, что судьба свела меня с тобой, моя милая Александра. Надеюсь, мои шрамы тебя не сильно смущают. Я довольно искусен в любовных делах: меня научили этому наложницы отца, и я буду стараться радовать тебя всегда, когда ты пожелаешь. Я даже целоваться умею! – похвастался он, и я не смогла удержаться от улыбки.

– А то, что я замужем, тебя не смущает? – уточнила я.

– А должно? – спросил он с искренним недоумением. – В современном мире является нормой то, что замужние аристократки развлекаются с рабами. Мне совершенно неважно, как ты выглядишь на самом деле под этим мороком, – пристально посмотрел он на моё лицо. – Я вижу твою душу – она сияет ярче солнца. И это самая главная красота, моя милая леди! Её невозможно спрятать или приукрасить артефактами. Ты позволишь дотронуться до тебя? – в его зелёных глазах светилась мольба.

– Позволяю, – улыбнулась я, предвкушая его реакцию.

Глава 30. Обнимашки

Нежно и деликатно принц погладил мой подбородок, словно бархатным лепестком прошёлся по щеке, мягко скользнул по лбу, приласкал ровный контур носа и замер, пройдясь по губам.

Глаза Дина округлились.

Он ещё раз провёл по губам – медленно и с чуть большим нажимом. И ещё.