Появившиеся мужчины двигаются слаженно и четко. Они идут рука об руку, заполняя практически все пространство полутемной арки. У них обоих настолько широкие плечи, что они загораживает полностью свет, идущий с дороги, и в арке становится еще темней.

Ладно скроенные по фигуре комбинезоны, заставляют меня смотреть на них во все глаза. Неожиданно один из них, блондин с коротко стриженными волосами, торчащими ежиком, весело подмигивает мне – “Мол, ничего страшного не происходит, все путем!”

Слабо улыбаюсь ему на этот милый знак заботы.

В то время как двое мужчин молча отстраняют меня плечами от моего незнакомца, взваливают его на себя и удаляются.

А я закрываю глаза, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Мне даже приходится прислониться к шершавой кирпичной стене арки, чтоб не осесть тут же на ослабевших внезапно ногах.

Когда я их открываю в мое поле зрения попадает массивный браслет, лежащий рядом. Видимо, незнакомец обронил, пока стоял тут.

– Эй, постойте! – кричу я вслед мужчинам. Выбегаю за ними из арки, но их уже нигде не видно.

Глава 4

Сейчас.

Этого просто не может быть! Почему это происходит именно со мной?!

Неслышный шум двигателя корабля внезапно отдает вибрациями во всем теле, срывается резко вверх с непередаваемой скоростью.

Тело будто десятитонная плита придавливает к полу, лишая возможности говорить и двигаться. На несколько минут теряю даже способность ясно соображать.

Зато сейчас я могу хорошо рассмотреть при ярком свете ламп кабины пилотов двух инопланетян, которые сидят за пультом управления.

Невысокие, с огромными шишкообразными головами и длинными манипуляторами. Руками это я не могу назвать при всем желании. Тела их похожи на людские только отдаленно. Скорей, это какая-то смесь робота и человека, но не работ и не человек.

– Нам пора сделать Кибер–скачок, – деловито сообщает один из инопланетян, вглядываясь в показания приборов, и продолжая бесконечно стучать по кнопкам

– Можно было его сделать двенадцатого октября, но мы задержались! А сейчас мы должны сместиться восточнее, чтоб замаскироваться под С2024 S1.

В глазах плывет марево. Сейчас я завидую девушкам в криокапсулах: парят в них замороженные и ничего не чувствуют. Смотрят пустыми глазами на происходящее и не испытывают ни тревоги, ни ужаса от происходящего.

В то время как меня размазывает в растекшееся по полу пятно от преодоления притяжения Земли.

Видимо, я не могу сдержать стон, потому что парочка пришельцев поворачиваются от своих приборов ко мне. Смотрят, как я корчусь на полу от невыносимых перегрузок.

Слышу равнодушные голоса похитивших меня инопланетян:

– Ну вот что ее было не утилилизовать сразу? Не довезем ее все равно без криокапсулы. Человечку размажут перегрузки.

Он говорит брезгливо, словно речь идет о каком-то насекомом, который своей смертью доставит неудобства обитателям космического корабля, ведь за ним надо будет убирать!

– Эх, жаль конечно! Ее бы заменить на какую-нибудь из тех, что отдыхают в капсулах. Но боюсь, это не понравится нашим заказчикам, – сокрушается один из них, – Вот шерзов хвост, хочешь заработать, а попадаются какие-то неженки!

Уже отключаясь, чувствую, как от злости он с силой пинает меня носком ботинка по ребрам, ломая их.

Я с каким-то чувством отрешенности, совершенно четко понимаю, что меня некому спасти. Никто не придет на помощь. Я в полной власти этих жутких пришельцев.

Говорят, что перед смертью у людей может промелькнуть перед мысленным взором вся их жизнь. Но я со своей «везучестью» и тут отличаюсь.

Затуманенное перегрузками и нестерпимой болью сознание выдает мне воспоминание о встрече со вчерашним незнакомцем. Озаряет словно яркой вспышкой те несколько минут моей жизни.

Я вижу его темные глаза, затягивающие меня в пропасть черных дыр. Снова слышу его прерывистое тяжелое дыхание. Я даже ощущаю его запах, от которого слабеют ноги, и мне приходится вцепиться в его плечи, чтобы устоять на месте.

Боли больше нет, есть только встревоженные темные глаза, глядящее мне прямо в душу, и его сильные руки, которые обнимают и баюкают меня, дарят ощущение безопасности.

Я улыбаюсь своему воспоминанию и теплу от его браслета на своей руке, который я почему-то нацепила. И проваливаюсь в оглушающую черноту.

Сознание возвращается медленно и какими-то урывками.

Первое, что вижу, когда могу немного разлепить опухшие веки – это склонившиеся надо мной инопланетяне.

Они рассматривают меня, как какую-то новую букашку, которую раньше не встречали.

Выражения лиц полны брезгливого равнодушия. Хотя, может быть, у них всегда такое выражение – Я не знаю. Впервые отчетливо вижу их так близко.

– Смотри-ка! Жива! Живучая попалась. – громко радуется, тот что ближе ко мне, – Может, и получится ее доставить на аукцион. Думаю, Гридвус будет доволен. Живучая самка – всегда дополнительный баллы, а значит больше денег!