Я захожу в «After: 8113» и просматриваю список друзей, ища компанию Рокси, надеясь, что у них уже идёт игра. Уже десять вечера, а Рокси до сих пор не зашла в групповой чат. Я хочу знать почему.

Продолжаю листать список и вижу, что RageMachine и Skat онлайн. Быстро кидаю запрос на вступление.

— Как дела, парни? — говорю я максимально небрежно. — Что интересного?

— Джеки, дружище. Да мы просто чиллим. Хочешь с нами на квест «Испытание»? Нам как раз нужен третий, — спрашивает Skat.

— Да, без проблем, — мои ладони потеют, во рту пересохло.

— Шикарно. Я задолбался проигрывать, — добавляет RageMachine.

— А где девчонки сегодня? — буднично интересуюсь я.

Skat фыркает:

— Наверное, где-нибудь шляются и цепляют мужиков.

RageMachine хихикает.

— Сказали, что у них «девичник». Но мы же знаем, что это кодовое обозначение для «перепихнуться с каким-нибудь случайным типом на заднем сиденье машины».

На моём телефоне всплывает уведомление. Трекер на машине Рокси пришёл в движение. Какого хрена? Она едет в сторону центра. Мой пульс учащается, но я заставляю себя сделать глубокий вдох и посмеяться вместе с парнями:

— Грёбанные женщины, да?

Они смеются и соглашаются со мной, пока мы пробиваемся через огромный лабиринт пещер, стреляя во всё подряд. Но одним глазом я продолжаю следить за трекером. Она в «Push». Блядь. Воспоминания о том, что случилось в прошлый раз, когда она пошла в клуб, заставляют желудок сжаться. Какого хрена она предпочла напиться, а не играть со мной?

Мы проходим квест за рекордное время. Rage и Skat осыпают меня похвалами за то, что я помог им наконец его завершить.

— Обращайтесь, — отвечаю я. — Но я сейчас просто отрублюсь на хрен. Тяжёлый день.

— Ага, конечно, — говорит Rage.

Мы прощаемся и обмениваемся виртуальными «давай пять», после чего я выхожу из сети и вырубаю всё оборудование. Хватаю маску и накидываю капюшон на голову. Пора посмотреть, чем занимается моя девочка. Я засовываю охотничий нож в берц, хватаю ключи от байка со стойки и выхожу.

Я игнорирую взгляды людей, пока пробираюсь через клуб в своей светящейся в темноте маске, спрятанной под капюшоном. Некоторые женщины и мужчины смотрят с любопытством, ухмыляясь мне остекленевшими глазами. Пожирают меня взглядом так, будто имеют на это право. Клинок у моей икры практически умоляет выпустить его «поиграть».

Стробоскопы вспыхивают над танцполом под тяжёлые басы хаус-музыки. Остальная часть бара залита розовыми и фиолетовыми неоновыми огнями. Всё здесь создано для соблазна. Чтобы притупить бдительность. Охотничье угодье для голодных извращенцев. Но Рокси — под запретом. Мне просто нужно сначала найти её.

Я захожу в другую комнату и моргаю, привыкая к ультрафиолету. По стенам плывут узоры и древние символы, это дешёвый трюк с проектором, чтобы добавить месту ещё больше мистики и разврата. Музыка здесь зловещая, тёмные аккорды, звучащие с чем-то первобытным.

Мой член дёргается, когда я вижу её.

В тёмном углу, в коротком чёрном платье и кроссовках на танкетке, Рокси покачивает бёдрами в такт музыке. BratBaby — Джунипер — на танцполе, зажата между двумя качками, размалёванными боди-артом. Я пристраиваюсь к одному из них и притягиваю его к себе.

— Удерживай эту девчонку на танцполе и не подпускай к подруге в ближайший час. И я удвою сумму, когда закончу, — я вкладываю стодолларовую купюру в потную ладонь парня.

Он кивает и возвращается к имитации секса с ногой Джунипер.

Мать твою. Если бы эти стены могли говорить…

Воспоминания о всех тех безумных вещах, которые я творил здесь раньше, ещё до того, как завязал, грозят поглотить меня. Это место просто дикое. Я уже сбился со счёта, сколько раз нюхал кокаин с той гладкой обсидиановой барной стойки. Но сегодня мне нужен только один наркотик. Я глубоко вдыхаю и направляюсь к своей красивой девочке.

Я пристраиваюсь сзади, прижимаясь грудью к её спине, и покачиваюсь вместе с ней в такт музыке. Она начинает оборачиваться, но я хватаю её за бёдра и удерживаю на месте. Слышу, как у неё сбивается дыхание.

— Идут на горку Джек и Джилл, несут в руках ведерки … — тихо напеваю ей на ухо.

Она замирает.

— Блядь, — шепчет она.

Я прижимаю свою маску к её щеке.

— Свалился Джек и лоб разбил, а Джилл слетела с горки, — продолжаю шептать.

Бас долбит из соседнего зала, а в этом из динамиков льётся глубокая мелодия, прошитая какофонией скрипок и фортепиано. Я обвиваю рукой её талию и притягиваю ещё плотнее к своей груди.

С её губ срывается тихий всхлип.

— Джек?

Мой член дёргается.

— Ммм… правильно.

— Чего ты от меня хочешь? — хрипло спрашивает она.

Я обвожу другой рукой её грудь, а затем сжимаю за горло.

— Хочу, чтобы ты поклонялась мне на коленях.

Она резко втягивает воздух.

— О боже…