— Выбирай любые, — со смешком подмигнул Виктор, заметив, как я разглядываю тапочки.

— Спасибо. — Благодаря радушию хозяина дома я начинала чувствовать себя немного свободнее.

Но ровно до того момента, как мой взгляд наткнулся на высокого черноволосого парня, небрежно привалившегося к дверному косяку справа. Кажется, там кухня, но это как‑то случайно зацепило моё сознание, потому что всё внимание стало приковано к парню.

На нём были низко сидящие свободные брюки и белая футболка. Он стоял скрестив на груди руки и смотрел на меня куда менее дружелюбно, чем только что смотрел его отец. Да, я помню, мама говорила, что у Виктора есть сын. Она сказала, что мы почти ровесники, но у меня в этом возникли сомнения. Парень выглядел старше семнадцати лет. Крепкий и широкоплечий, уже вот и щетина пробилась. Многие мои одноклассники ещё даже не знакомы с бритвой, но этот явно же просто пару дней себя этим не утруждал.

Стоял и смотрел таким колючим‑колючим взглядом, как смотрят родители на нежеланного щенка, которого дети притащили с помойки.

— Яна, это мой сын Алексей, — представил парня Виктор, помогая мне вынырнуть из куртки. — А это Яна, — отец внимательно посмотрел на сына, — Наташина дочь. Я тебе о ней рассказывал.

— Привет, — неуверенно сказала я, глядя на парня.

Я кожей почувствовала, что он мне не рад. Его глаза горели, а на щеках ходили желваки.

— Угу. — Всё, что ответил он мне, окидывая взглядом с головы до ног.

— Я жуть как хочу кофе! — разрядила напряжение мама и направилась в кухню. — Кто со мной?

— Наташа, какой кофе? Там Людмила приготовила завтрак. Мойте руки, я сейчас всё разогрею.

Алексей отлип от дверного косяка, пропуская воркующих маму и Виктора в святая святых каждого дома. Я поплелась за ними, случайно зацепившись взглядом за странное тату дракона на плече парня.

Кухня большая и светлая, и у меня сразу возникло неуместное желание понажимать на всевозможные кнопки и выяснить, для каких изысков эти разнообразные приборы. Вообще‑то, я люблю готовить, мы с тётей часто колдовали над тестом, любили проводить различные кулинарные эксперименты.

— Алёша, а ты? — спросила мама.

— Я не голоден, — бросил парень и ушёл в гостиную.

— Алексей! — строго окликнул его Виктор Андреевич, но никакой реакции не последовало. — Я на минуту.

Мужчина встал из‑за стола и ушёл за сыном, а мы с мамой остались сидеть вдвоём.

Да уж, тот ещё радушный приёмчик.

Отдалённо послышался звук сообщения.

— Я совсем забыла написать тёте Соне, — спохватилась я. — Она же просила сообщить, когда на месте будем.

Телефон остался в кармане куртки, которую я повесила в коридоре. Я вышла за ним и стала невольным свидетелем разговора сына с отцом.

— Папа, ты издеваешься? Неужели совсем слепой? Сначала притащил в дом секретаршу, а теперь эту? Дальше кого на содержание ещё возьмёшь?

— Алексей! Ты забываешься!

Стало очень неприятно. Вот тебе и брат. «Эту» больно царапнуло. Меня же вроде бы представили ему по имени. Вон и маму как назвал, словно выплюнул: «секретаршу». Я буквально за несколько минут заметила обоюдный блеск в глазах Виктора и матери. И сомнений нет, что они влюблены друг в друга и мама никакая не охотница. Неужели этот Алексей этого не заметил за целый год? Или просто не захотел.

Я замерла возле вешалки, надеясь, что меня не заметят в пылу спора. Уйти без телефона было бы глупо, а если зашуршать курткой, то меня услышат. Неудобно будет.

— Отец, у тебя же их сколько было, но домой ты их не тащил.

— Ты же знаешь, с Наташей всё по‑другому.

— А как же мама?

Слышится тяжёлый вздох.

— Лёш, мы с тобой сто раз на эту тему уже говорили.

Настойчивый собеседник, так и не дождавшийся от меня ответа, видимо, потерял терпение, и на весь коридор снова противно отозвался сигнал мессенджера. Отец и сын обернулись и заметили меня, стоящую в нерешительности. Захотелось тут же провалиться сквозь землю.

Младший Шевцов, хмыкнув, развернулся и ушёл в сторону лестницы на второй этаж, а Виктор подошёл ко мне с извиняющейся улыбкой.

— С Алексеем иногда трудно. Но он свыкнется, вот посмотришь. Я хочу, чтобы этот дом стал для вас с Наташей настоящим домом. Чувствуй себя здесь полноправной хозяйкой, Яна. Ты поняла?

Виктор Андреевич ободряюще приобнял меня за плечи. Я кивнула ему в ответ.

— Я попробую, — пообещала, но сама в этом очень сомневалась.

Домом для меня навсегда останется маленькая квартирка тёти Сони, с уютной комнатой и старенькой кроватью. Пусть почти в глуши, пусть без роскоши, но с душевным теплом. Здесь же, я это уже поняла, мне придётся непросто. Но я попробую. Ради мамы.

* * *

Мы вернулись к столу и закончили завтрак. Потом мама показала мне мою комнату.