— Может, для вас это и условности, но  есть ещё и какие-то приличия! Понимаю, вы лорд, а я просто девушка… Но подумайте хотя бы о своей репутаци. Думать о себе вы вообще умеете лучше всего, — я сложила руки на груди, не собираясь даже поднимать свой зад с постели, пока он не выйдет.

И разговаривать с ним тоже не собиралась, к слову. Как будто мало мне сплетен!

Эдмер дёрнул желваками, меряя меня таким въедливым взглядом, что захотелось срочно надеть на себя что-нибудь поплотнее. Он выждал ещё немного, видно, надеясь, что я сдамся, но, так и не дождавшись — покинул спальню быстрым шагом.

Но, несмотря на резкую просьбу выйти, я всё же не стала слишком испытывать его терпение. Только накинула халат, ополоснула лицо и причесалась. 

Эдмер сидел в гостиной, закинув ногу на ногу, и смотрел перед собой, словно где-то там, перед внутренним взором, ему показывали очень занимательный фильм. 

— Что вы хотели узнать? — Я остановилась напротив.

Мгновение подумав, села рядом, но на другой конец дивана — на всякий случай.

— Я пришёл, потому что меня разбудили ваши ощущения, — ответил он гораздо спокойнее. — Страх, непонимание, растерянность.

Оу, что же получается, он попросту за меня испугался? Подумал, что со мной что-то случилось? Это было бы мило, если бы не относилось к Эдмеру Ларрану.

— Мне просто приснился нехороший сон.  Думаю, это вполне закономерно после того, что случилось ночью. И того, что во мне сейчас слегка бурлит ваша кровь.

— Чёрный дракон? — спросил лорд.

— Что? — я хлопнула ресницами, чувствуя, как к горлу подкатывает какой-то мерзковатый комок.

Эй, хвостатый, кыш из моей головы! Но он плавно повернулся ко мне всем корпусом, закинул локоть на спинку дивана с выражением лица персонажа известного мема "ну, давай, рассказывай, мне очень интересно" и повторил:

— Вам снился чёрный дракон?

12.2

Он что — и сновидение моё видел? Так-так… Я уже сомневаюсь, что одолу Селвин дал мне исключительно заботы ради. Но надо прояснить обстановку. 

— Почему вы так решили? — я снова похлопала ресницами, но теперь не удивлённо, а невинно.

Правда, Стальной только едва бровью дёрнул: похоже, не повёлся на мой незамутнённый интеллектом вид.

— Потому что перед тем, как проснуться, я тоже его видел. Не полноценный сон, а образ. Но довольно ясный. Вы недавно выпили чай с одолой — потому сомнений нет.

Это у него сомнений нет, а вот у меня — полно! Рассказать-то мне не сложно — и душе облегчение — но вот что это за собой повлечёт?

— И почему же вы решили, что этот образ — из моей головы?

— Так вы видели или нет? — голос драконолорда звякнул угрозой.

И веко снова дёрнулось — точно-точно! Эх, доведу я лорда Ларрана до нервного тика. Если сама раньше не свихнусь.

— А что это за чёрный дракон?

В воздухе словно гром прогремел — напряжение достигло предела, как и терпение лорда.

— Вы издеваетесь? — процедил Эдмер, стиснув зубы. — Кто он — другой вопрос. Речь сейчас не об этом!

— Может, это мне передался ваш сон, а не наоборот? — невозмутимо принялась рассуждать я. А в горле драконолорда раздалось нечто вроде рычания. — Вы наверняка знаете о нём нечто важное, а значит, могли думать об этом довольно много. Ваши тревоги нашли отражение в вашем сне, и они перешли ко мне. Или эта ваша сыворотка действует только в одном направлении?

Эдмер вздохнул и нахмурился, явно озадаченный моими словами.

— Значит, всё же видели! Хватит морочить мне голову, мейре Хингрэд! И в кого вы такая изворотливая?

— В папу, конечно! — хмыкнула я.

Папа однажды очень быстро и ловко бросил нас с мамой — мне было лет шесть. Но обида от его выходки осталась ясная. Ведь я отлично помнила, как долго мама переживала его уход. С тех пор я его почти не видела — реже и реже с каждым годом, пока он совсем не пропал. 

Но кровь не водица — пример выпитой одолы показал мне это очень ясно — и возможно, что-то я переняла от папеньки. Да и отец Илэйн тот ещё жук — к нему сей принцип применим тоже.

Но Эдмеру Ларрану мои размышления насчёт кровных связей были, судя по всему, мало интересны. Потому что он подался вперёд, как-то опасно щурясь. Его ладонь уверенно и веско легла мне на бедро.

— Если понадобится, будем разбираться и с Годманом. Пока же я хочу понять, что почувствовали и увидели вы. Это может быть опасно для вас же. Или вообще — для многих людей.