Огоньков становилось всё больше — словно окон в вечерней многоэтажке. Охрана совсем озадачилась. Кто-то начал хвататься за оружие: пистолеты и похожие на сабли мечи.

— Что это? — пискнула Вивьен, требуя ответа от ближайшего сопровождающего.

Тот лишь рукой на неё махнул:

— Скройтесь в карете, мейре.

Приехали… Нет, даже не приехали — и уже куда-то вляпались, что с моей удачливостью вовсе не удивительно. Оставалось надеяться, что это, например, дозор из Беррава — а между деревьями, играя металлическим отблеском на коре и листьях, горят их факелы.

Вдруг я услышала шипение — отчётливое, даже громкое — от него по спине тут же метнулся вал истерически настроенных мурашек, а Вивьен мелово побледнела.

— Там, справа! — раздался громкий бас кого-то из охраны. — Дуавары...

Во второй карете громко заверещали служанки. Шипение зазвучало ещё более устрашающе — и тут что-то просвистело в воздухе. Как будто копьё. Глухой стук в стенку кареты ясно дал понять, что сейчас нам с Вивьен и правда не следует высовываться. 

Прогремело несколько выстрелов.

А когда одна из дуаварских стрел попала чётко в одно оконце и вылетела в противоположное — мы с пустынницей безо всяких команд и понуканий рухнули на пол и прижались к нему, словно две медвежьих шкуры.

Жить хотелось. А вот видеть дуаваров при всём моём любопытстве — не очень. Вернее, совсем не…

Снаружи завязалась борьба. Кони волновались, кучер пытался заставить их бежать вперёд, чтобы скрыться от нападавших — но кто-то, кажется, блокировал дорогу. Потому нас дёргало туда-сюда, качало и подбрасывало — но дальше мы не двигались. Застряли.

Повсюду метались огни. Становилось всё темнее. Шипение вводило в состояние похожее на транс — ещё немного, и можно сойти с ума! Карета окончательно замерла. Но стоило только приподнять голову, как она резко дёрнулась вперёд — и я рухнула на Вивьен. Всё закрутилось, затряслось. 

Правые колёса пару раз подпрыгнули на колдобинах, что-то громко треснуло, нас подбросило — я даже оторвалась от пола. Юбка пустынницы на миг закрыла мне последний обзор — а затем мы грохнулись о землю так, что меня натурально едва не сплющило под собственным весом.

Карета на миг замерла в неустойчивом положении, накренилась — и медленно перевернулась на бок.

3.5

Теперь Вивьен оказалась на мне. Кто-то открыл дверцу над нашими головами. Я едва выбралась из вороха своих и чужих нижних юбок — и сразу обомлела. На меня в упор смотрел плечистый, бледноватый мужчина. Чёрная рубашка на его груди была распахнута, являя сильную грудь с развитыми мышцами, плоский рельефный живот, а ниже пояса у него был — нет, мне не могло показаться! — мощнейший змеиный хвост. Да любая анаконда удавила бы сама себя от зависти, только один раз на него глянув.

Мне же стало дурно.

— Я наш-шёл! — шипяще бросил змеечеловек кому-то.

И сразу отвлёкся, потому что в этой схватке, кажется, появился третий участник. Нарастающий топот и шорох ветвей стали различимыми в секундной тишине. Хвостатый захватчик отшатнулся, и что-то подсказало, что нам пока лучше не казать носа из покорёженной кареты. С каждым мгновением становилось всё тише и тише, осталось лишь смутное завывание, когда над нами проносились короткие оранжевые отсветы. Наконец всё почти успокоилось. Кто-то крикнул: “Отступили!”. Ему ответили: “За ними!”

Снова послышались шаги. Я схватила Вивьен за руку, собираясь, отступать, если нужно, но перед нами возникло новое препятствие. Благо теперь без хвоста. И вообще очень знакомое сероглазое препятствие — рассерженное, с блестящим от испарины лбом и прилипшими к нему волнистыми волосами.

— Мейре Арейя? — позвал он, отчего-то глядя в упор именно на меня.

— Добрый вечер, мой лорд, — поздоровалась я на всякий случай.

А что? Вечер выдался хоть и не томный, но вполне добрый — раз уж нас спасли. Но реверансы я всё равно отвешивать не стала: не та обстановочка, знаете ли.

Вивьен зашевелилась, запыхтела, перебираясь через торчащие снизу обломки кареты, и весьма беспардонно оттолкнула меня в сторону.

— Да, я тут, светлейший!

Что-то от этого светлейшего маловато света — вон, в темноте едва девиц не перепутал.

— С вами всё в порядке? — нахмурился изард, протягивая к ней руки.

Амари крепко за них уцепилась и через миг оказалась снаружи. Можно сказать, взлетела, словно поднять её для Эдмера Ларрана не стоило никаких усилий. Я смиренно топталась в ожидании того, что и мне помогут — конечно же, какой-нибудь стражник. На крайний случай, выберусь сама, чай не барыня!

Но, ссадив невесту в стороне, изард наклонился и ко мне тоже.

— Ну? — подогнал довольно раздражённо. — Хотите ночевать здесь?

“Вы же сказали вас не касаться”, — мстительная злопамятность так и полезла наружу. Но я, разумеется, смолчала. 

Только обхватила широкие предплечья Эдмера руками — и пулей понеслась вверх.