Заверив меня в том, что беспокоиться о посуде не нужно, жених повел меня вокруг пруда. Гладь воды сверкала в лучах заходящего солнца, а под подошвой ботинок похрустывали льдинки.

Итан поднял глаза к небу.

— Кажется, холодает. Зима в Акхайме всегда обрушивается внезапно.

— Но ведь сейчас середина сентября, — возразила я, ежась. — Не рановато ли?

Итан рассмеялся.

— Я забываю, что последние четыре года ты провела в монастыре. В Фаулисе мягкий климат, а вот столица иногда преподносит сюрпризы — здесь больше всего очагов магии, а уж сколько самих магов... Конечно, сильнейший из очагов находится под академией, но и прочих достаточно. Потоки энергии влияют на погоду, так что у нас и вьюга в июле не редкость.

— Угораздило же меня… — пробормотала я, вспоминая, видела ли в гардеробе Амелии теплые вещи. Зиму я не любила.

Задумавшись, я не заметила, как Итан сократил расстояние между нами. Одной рукой он коснулся моей щеки и отвел в сторону выбившуюся прядь из косы. Первым порывом было отшатнуться, но я замерла на месте, прислушиваясь к себе. Тем временем жених наклонился и, положив ладонь на мою талию, потянулся к моим губам.

— Нет! — Я вывернулась из его объятий и отскочила назад.

Итан, явно не ожидавший такой реакции, ошарашенно уставился на меня.

— Прости, но я не готова целоваться, — выпалила я. — Святая матерь не поощряет прикосновения между невинной девушкой и мужчиной, не являющимся ее мужем. Я должна доказать богине, что не испорчена древней кровью…

Меня несло, а глаза жениха становились круглее с каждой секундой. Такое ощущение, что он уже сам пожалел, что полез ко мне. И я его понимала!

— Хорошо-хорошо! — Итан поднял перед собой руки. — Я был не прав, извини.

— И ты меня прости. Я не такая, как все…

Итан улыбнулся, даже не представляя, какой смысл я вкладываю в эти слова.

— Это уж точно! Идем в академию, пока совсем не замерзли.

Романтическое настроение словно слизнула корова, и разговор не клеился. Остаток пути мы проделали в молчании, и когда Итан встретил знакомого, я не стала его задерживать, убедив, что отлично доберусь сама — шпили замка виднелись впереди.

Однако когда тропинка свернула, я вдруг почувствовала чужой взгляд. Высокий разлапистый клен громко зашелестел кроной, привлекая мое внимание. А ведь ветер стих — на соседнем дереве ни один листик не шелохнулся.

— Амелия? — осторожно спросила я.

Ветви клена заходили ходуном, и в их движениях мне почудилось возмущение. Дриада! Это точно она.

— Прости, — зашептала я. — Лекарь заставил меня выпить подавляющее зелье! В следующий раз я найду способ избежать этого. Обещаю!

Клен снова затрясся, и я пристыженно опустила голову. Мало того что я заняла тело Амелии, так еще и позаботилась о том, чтобы она не смогла добраться до меня.

На тропинке впереди показалась парочка, и я поспешила в академию.

=28=

— Здесь не занято?

Не дожидаясь ответа, Эш бросил сумку на стол и со скрипом отодвинул стул. Старик-библиотекарь поморщился и наградил нас укоризненным взглядом.

— Клиффорд тебя тоже выгнал? — хмыкнула я, отложив учебник.

— Велел выметаться, пока он меня не прибил.

— Ого, кажется, он совсем пошел в разнос.

За прошедшую неделю из всего курса лишь мы вдвоем так и не сумели определить свой материал. Дольше всех справлялись близнецы — выяснилось, что их сила работает, когда они соединяют магию.

У меня же не было ни единой зацепки. Я проверила не только основные материалы, но и самые редкие вроде лески и глины. И не один раз. Бесполезно! Джосс злился, а я все чаще думала, что артефакт ошибся. Нет во мне никакого дара и мой максимум — питать контур в комнате.

Хмуря брови, Эш достал из сумки тетради и принялся за задания. Перо в его руках казалось крошечным, да и стол явно был маловат для его габаритов.

— Если хочешь, разделим конспекты по магическому черчению? — предложила я. — Ты возьмешь себе базовые фигуры — ромб и круг, а я — пентаграмму и треугольник. Меня предупредили: мейстресса Тэйвис только выглядит безобидной, спрашивает она по полной.

— Идет, — кивнул Эш, глянув на меня из-под рваной челки.

Кажется, мы разговаривали с ним впервые — обычно он сторонился остальных, предпочитая наблюдать за нами из своего угла. А я ведь делала ставку на то, что изгоем в нашей группе окажется Колин — тихий и невысокий паренек, имя которого вылетало из головы сразу же, как только я отводила взгляд в сторону. Однако когда обнаружилось, что его материал — металл, близнецы приняли его в свою компанию, видимо, сочтя достойным. Ни Кайя с цветами, ни Роуз с деревом, ни я вовсе без материала не удостоились подобной чести, хотя мы не очень-то и стремились.