– Потому что ты теперь меньше меня боишься и не так нуждаешься в моём одобрении и признании. Это первый шаг к протесту и бунту. А теперь возьми косу и узнай её имя.

Как в каком-то фэнтезийном фильме – уж попала, так попала.

Пальцы глупо подрагивают, когда размыкаю защёлки по краям тёмного чехла. На солнце его кожа прогрелась, и косе, наверное, жарко, но она почему-то…

«Так ты понимаешь, как мне плохо, но ничего не делаешь?! – ввинчивается в мозг капризный голос. – Я тут от жары умираю, а ты даже не поинтересуешься, как у меня дела!»

– Ну что ты, я пришла в надежде на более тесное знакомство. Меня зовут Витория, а тебя как?

Распахиваю крышку чехла, и все семь глаз выпучиваются в мою сторону. Лезвие косы при всей его элегантной форме выглядит весьма внушительно, а крутой изгиб ручки, если подумать, позволяет охватывать жертв и срезать им… чего-нибудь.

«Не буду я срезать головы, страшное ты создание! – коса недовольно подпрыгивает на мягкой подложке. – И если собираешься прямо сейчас что-то подобное сотворить, живой я не дамся!»

Это ещё вопрос, живая она или как. Но коса прыгает так рьяно, что чехол с гневным «бум-шарк-бум» отползает сантиметров на двадцать.

– Эй-эй, всё в порядке, – уговариваю я. – Просто хотела узнать твоё имя. Правда-правда.

Коса замирает, только глаза двигаются, оглядывая меня, чудовищ, отца. Особенно его. Меня накрывает волной чужого смущения.

«А он у тебя красивый», – выдаёт глазастая.

Поперхнувшись, оглядываюсь на отца. У него и мускул не дрогнул. Он совсем косу не слышит?

«А зовут меня «Объект ЭАКУ-2.18», можешь ему так и передать».

Теперь разворачиваюсь к косе, переспрашиваю:

– Как-как тебя зовут? Поподробнее, пожалуйста.

«Объект Экспериментальный Автономный Контактно-Управляющий второго класса – то есть я обладаю способностью к мышлению – номер восемнадцать, – спокойно поясняет коса. А потом как воскликнет: – Тебе что, не нравится моё имя?!»

 

Глава 30

 

Нравится ли мне имя, похожее на лабораторную метку какого-то изобретения? Оно меня пугает!

– Откуда у тебя это имя, прекрасная моя? – немного сдавленно уточняю я. – Сил нет, как хочется узнать, кто же тебя так великолепно… обозначил.

«Моя создательница», – со странной интонацией отзывается коса.

– Какая такая создательница?

Коса прищуривает все семь глаз, зрачки сужаются. Резко расширяются, и коса переводит взгляд на небо.

«Не могу рассказать, запрещено. И о доме запрещено рассказывать. Но об остальном спрашивай, на что смогу – отвечу».

– Минуточку, – отступаю к отцу. – Имя у тебя просто великолепное. Я в восторге. Минуточку.

Ухватив отца за рукав, тяну его за пределы круга с чудовищами. Приподнявшись на цыпочках, шепчу на ухо:

– Слушай меня, ты… Ты в курсе, как это зовут?

– Веди себя пристойно, – отец пытается отцепить мои пальцы, но я судорожно стискиваю его рукав.

– Пристойно? Это существо называется Объект ЭА… Объект Экспериментальный Автономный Контактно-Управляющий… второго класса… номер восемнадцать. Он называется как-то… по-лабораторному! Оно из технологического мира.

– Его создал Нэранил, он всегда называет предметы странно и с цифрами.

– Нет, коса утверждает, что её создательница – женщина, и о доме ей рассказывать запрещено. Что там у вас за Великая Бездна? Что там? Какой-то технологический мир?

– Не говори глупостей! – отец вырывает свой рукав, недовольно кривится. – Ты ничего не понимаешь. Основу оружия создал Нэранил, и имя у неё нормальное. А Бездна – это не какой-то технологический мир, она… другая, – благоговейно выдыхает он, и зрачки расширяются, превращая его радужки в узкие тёмно-синюе окантовки. – Не говори о том, чего не знаешь. А сейчас возьми косу и попытайся ощутить её. Уловить её энергию.

– Ты не понял, что я сказала? – мой шёпот похож на шипение. – Эта штука не хочет рассказывать, откуда она, потому что ей запрещено. Как думаешь, почему?

– Чтобы не выдала тайн Ордена.

Его лицо… взгляд… Он как будто не в себе.

– Витория, – отец указывает на косу. – Если ты сейчас не подойдёшь к косе и не попытаешься синхронизироваться с её магией, я заставлю тебя это сделать.

– По-ня-ла, – разворачиваюсь на каблуках.

Я так зла, что даже окружающие меня чудовища не пугают. Коса во все глаза смотрит на меня.

– Будешь у меня Глазуньей! – заявляю я.

«Что?»

– Глазастой… Семиглазкой!

«Почему Семиглазкой?»

– Потому что у тебя семь глаз. И я так сказала.

Глаза косы бешено моргают, да ещё вразнобой. Но я сурово смотрю на неё, всем видом показывая, что иных вариантов именования просто нет.

«Ну… э…» – коса опять глядит в небо.

– Семиглазка – очень соблазнительное имя. Поверь, оно намного больше подходит такой особенной красавице, чем безликий объект с номером.

«А мне казалось…»

– Казалось! – указываю пальцем вверх. – Только казалось. Семиглазка – намного более красивое имя. Правда, отец?