Солдат тупо кивнул, не в силах оторвать глаза от моих коленок. К нам бодрым военным шагом подтянулось ещё человек девять военных, ненавязчиво взяв меня в кольцо, как опасного зверя.

— Вас уже ждут, вейра Бельх, — коротко отрапортовал один из них.

Согласно кивнув, я быстрым взглядом оценила обстановку.

На скалистой равнине у подножия жутковатых размеров скалы гнездились около десятка богато украшенных шатров. Золотые полотна флагов бились по ветру, как пламя. Несколько сотен военных расположились в походных условиях на отдалении снизу, поближе к лесу, но человеческий ручеёк постоянно тёк к вершине. То высокорожденным вейрам надо что-то принести, то, наоборот, унести, то флаг криво вбит, то императору обед подавай.

Император стоял в окружении военных, коротко отдавая указания, а рядом суетилась фигура, по уши замотанная в плащ, в которой я без труда опознала канцлера. Против воли взгляд отыскивал первого генерала, но… его не было.

Гражданских тоже хватало. Две девицы, хорошенькие, как диснеевские принцессы, манерно хихикали и потягивали коктейль, словно их вывезли на пикник. В третьей девице, стоявшей на отдалении от высокорожденных, я опознала Лети.

Прикрыв высокомерную улыбку веером, она подошла ко мне, отмахиваясь от оханий и причитаний прислужниц. Одетая в победоносное красное платье, взывавшее к аллегории на свадебный наряд, и обвешанная крупным жемчугом, как куст снежноягодника.

— Я хотела бы достойно попрощаться, — её резкий голос мгновенно разнёсся по округе. — Мы ведь отлично ладили, Виве, поэтому давай обнимемся, как хорошие подруги.

Я совсем было открыла рот, чтобы осадить драдеру, но вместо этого застыла статуей, взгляд прикипел к тёмному пятну синяка, полускрытому кружевом декольте.

В груди у меня нехорошо дрогнуло. Наверное, взбунтовались остатки совести.

Это ведь… моя вина?

Лети была для меня шахматной фигуркой, которую я двигала по-своему усмотрению, и отправить её к Дарешу было хорошим тактическим ходом. Но теперь, после полученной дозы насилия, я не могла перебороть прокатившуюся по позвонкам дрожь. Вряд ли подружка Дареша упала с лестницы, такую гематому могут оставить только человеческие пальцы, точнее, кулаки.

Лети беспрепятственно облапала меня, счастливо улыбаясь, а после заметила, куда я смотрю, и её лицо вспыхнуло от унижения. Она мгновенно поправила вырез, закрывая обзор, и зашипела:

— Куда пялишься? Разоделась, как драконья бабочка, и смеешь смотреть на меня!

Ага. А ещё я смею тут ходить, говорить и дышать воздухом.

«Это не моя вина, — сказала себе твёрдо. — Не я подняла руку, чтобы ударить человека. Не я вошла в спальню к чудовищу, сочтя престиж важнее собственной жизни».

Кстати, кто такие драконьи бабочки?

— Мы рады видеть вас, вейра Бельх, — раздался знакомый голос.

Такое же знакомое давление расползлось над горной долиной. Тело мгновенно отреагировало слабостью, мигренью и ледяным потом, собравшимся на висках.

Солдаты побледнели, но с благоговением перевели глаза от моих коленок на Его Величество и вытянулись по струнке, отдавая честь. Лети вместе с прислужницами буквально смело в сторону силой, насытившей воздух запахом свинца и пепла. Даже попискивающие на заднем плане вейры торопливо попрятались в шатрах.

Обернувшись, я отвесила по-мужски короткий поклон. Веселить коллектив недругов и делать реверанс в штанах не входило в мои планы.

— Солнечного полудня, Ва…

Император лениво поднял руку, останавливая приветствие:

— Сегодня я всего лишь гость, — заметил он добродушно. — Обращаетесь ко мне как к обычному гражданину Вальтарты.

Окинув коротким взглядом императора, я тут же исправилась:

— Солнечного полудня, вейр Варх-Винзо, я признательна, что вы посетили столь ничтожное событие.

Судя по похолодевшему взгляду, император ждал, что я вопреки добродушной просьбе, назову его Солнцем империи, сделаю реверанс и начну умолять о милости. К несчастью для него, я помнила о договоре с кланом Бельх, и унизительные просьбы о помиловании не сотрут на нём витиеватую подпись.

— Я провожу вас, — руку он мне не подал, просто прошёл вперёд прогулочным шагом, и, неловко качнувшись на камнях, я поспешила следом.

Меня всё ещё знобило после короткой схватки с Дарешем, от драконьего давления во рту стыл металлический привкус, но я исправно переставляла ноги в направлении… пещеры. А император — сжатый в параболу рот, лёд взгляда из-под бровей, статусное обаяние — неумолимо приближал меня к смерти.

Не доходя до пещеры пары шагов, он резко остановился.

— Ну же, просите, — сказал отрывисто. — Молите о пощаде, и кто знает, быть может, я пощажу.

Он развернулся, и я с каким-то недоумением вдруг поняла, что он меня ненавидит. Тяжело и страшно, как ненавидят кровных врагов.

На несколько секунд время словно замедлилось, подобно тому, как замедляется тело, упавшее в воду. Я огляделась, чувствуя себя человеком, попавшим в сюрреалистичный кошмар.