Подавив желание завизжать от ужаса, усилием воли заставила себя отставить миску. Богов не существует. Ни в моём мире, ни в этом. Иначе бы хоть один драконир, отправленный в пещеру, встретил богиню Арахну хотя бы разок. Но боги контактируют с нами исключительно через мутные послания, артефакты и святые мощи, а значит…

— Выходи, — скомандовала жёстко.

А значит, кто-то тут либо прячется, либо целенаправленно меня пугает.

И верно, из-за статуи робко выглянула темноволосая девочка. Совсем подросток, я бы не дала ей больше пятнадцати.

— Прости, — провинилась она с детской непосредственностью. — Я в соседнюю молельню приехала на отпевание вместе с родителями, но его только ночью начнут. На дневное предки денег зажали.

— А тебе стало скучно, и ты пришла сюда, — домыслила я ворчливо.

— Ага, — весело согласилась та. — Хотела на тебя посмотреть. Ты ведь последняя из достойных Леяш.

Ну спасибочки, что напомнила. Настроение мгновенно испортилось. Скопом навалились чёрные мысли о скорой смерти. До этого момента я держалась только потому, что каждая секунда была занята делом, а теперь какая-то девчонка ткнула меня носом в проблему, которую невозможно решить. На самом деле не важно, войду я в пещеру Арахны в этом платье или в другом, девственницей или нет, конец будет один. Насколько я поняла из расспросов храмовников, Арахна умяла десятка три достойных дракониров. Никто из вошедших в пещеру не вернулся.

— Ну смотри, — взяла миску с варёными кабачками и заставила себя прожевать и проглотить первую порцию. Этому телу нужны силы. — А с чего ты взяла, что я достойная Леяш?

— Леяш, способная освоить первую ступень плетения, достойна, все же знают!

Все знают, а я нет! Отложив миску снова, я усадила весёлую девочку рядом, пытаясь узнать от неё побольше о собственном роде. Мне нужно хоть что-нибудь, хоть маленькая надежда на возможность изменить своё могильное будущее.

— Леяш испокон веков ткут заклинания, ткут своим потоком, — неохотно отозвалась девочка.

Ей явно разонравилась одержимая тётенька, всклокоченная, как демон, да ещё и не выпускающая её из залы. Но мне была нужна информацию. Любая. С чувством глубокого стыда я взяла девочку за руки в порыве якобы благодарности, а на самом деле, чтобы та не дала дёру от достойной Леяш. Руки у неё были на редкость холодные. Просто бр-р-р.

— Ткут своим потоком? — переспросила жадно.

— Ага, — девочка перехватила мои пальцы и сжала их в какую-то странную позицию. — Вот так. Люди ткут нитями, а Леяш потоком своей силы. Ну, в книжке же всё написано.

Я пошевелила пальцами, разомкнула их, а после снова сложила сложной щепотью, но… магию-то у меня забрали. Видно, не судьба мне воспользоваться таким простым, таким… драконьим способом спасения.

— А в какой книге написано?

— В родовой, конечно, — ответила та назидательно. — Будто сама не знаешь.

Девочка уже освободилась и расхаживала по зале, вертя головой в разные стороны. Даже статую пальцем потыкала. Дитя, хоть и великовозрастное, что с неё взять.

Искоса наблюдая за ней, я задумалась о родовой книге. Уж не эту ли книгу желал заполучить незнакомец, договорившейся с Дарешем об одном предмете в моём поместье? Почти наверняка её. Я так замечталась, что очнулась только когда дверь хлопнула в очередной раз.

— Вейра Бельх, моления на сегодня окончены, вам будет дозволено продолжить их завтра.

Два незнакомых брата склонились в уважительном поклоне, и я, прихватив кабачки, поднялась. Шустрая девчонка уже проскользнула мимо братьев и весело замахала мне рукой из-за их спин. Вот же хулиганка.

Я скупо улыбнулась. Люблю таких.

Если выживу, предложу ей поехать со мной в поместье, а то, видно, родители её не очень-то любят. Вся тонкая, бледная, синяки под глазами, с кровообращением беда, да и только. Мы, нелюбимые дети, должны поддерживать друг друга.

8. Лабиринт Арахны

Следующие два дня со мной в молельном зале сидели две низовые храмовницы. Стерегли. Брат Вальриольх, хоть и не имел прямых доказательств, догадывался о моей причастности к происшествию в зелёном коридоре, и теперь не сводил с меня глаз.

Женщин, как я успела понять, на храмовую службу брали редко, платили им сущие копейки и ставили на должность не выше поломойки. Так что к вечеру последнего дня я успела найти с ними общий язык. Поздновато, конечно, но мне было отчаянно нужно увидеть ту девочку, что подкинула мне немало интересной информации о Леяш. А вдруг я бы ещё что-то узнала?

Сегодня был последний день отпеваний, после чего покойника вознесут к небу в огненной колеснице, а девочка с родителями уедет.

Моя жизнь катилась к закату быстрее, чем сбитая повозка с обрыва. Счёт шёл на часы. Мне была нужна любая помощь, и, учитывая, что меня не выпускали из молельного зала третьи сутки, эта девочка – мой последний шанс. Шанс на… что-нибудь.

— Сестра Ане, я отлучусь по нужде, — обратилась к молоденькой девушке.

Поладить с ней было проще пареной репы — у меня в подчинении таких девочек под две сотни было.