— Дафна, я знаю, что ты взяла у Итеона ключ от старой двери, ведущей к потайным коридорам имения, — сразу переходит к делу. В его мягком бархатном голосе нет ни нотки упрёка.

Баронесса меняется в лице и ухмыляется.

— С чего бы?

— Не знаю, как тебе удалось это, но ключ, который Итеон хранил в своём кабинете многие годы — пропал.

— Мало ли кто мог его взять?

— Итеон хранит много ключей, но пропал лишь этот. Помимо нас с ним, только ты знала, как именно выглядит ключ от переходов, в которых мы так успешно прятались в детстве. Свою мать, я, разумеется, в расчёт не беру, — всё такой же мягкий голос и ласковая улыбка… такая же улыбка, какой он наградил меня в день приезда во Фрэй Дау. — К тому же мало кто знает, как открыть тайник с ключами… а ты знала.

— Ты для этого позвал меня? Чтобы допросить? — капризно кривит рот.

Демон перехватывает её руку и подносит к своим губам:

— Ну что ты, милая, мне всего лишь стало интересно, как ты смогла.

Как он это делает? Блондинка моментально расплывается в томной улыбке и бросает на графа кокетливый взгляд.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, Дафна. После того бала, ты пришла к Итеону обсудить возможные планы Эммилины в отношении меня. Верно? — она слегка кивает, но демону и не нужно её согласие, очевидно, он знает это из разговора с самим бароном. — Ты удачно застала его в своём кабинете и предложила остаться, попросив слуг принести напитки прямо туда. Ему и в голову не пришло ощутить подвох.

Улыбка Дафны становится хищно-довольной. Думает, что граф восхищён её находчивостью?

— Как ты заставила его отдать ключ? Добавила траву соллем в напиток или еду, полагаю. Итеон не помнит в какой момент ты ушла, а когда он проснулся, за окнами уже были сумерки. Он немного удивился, но не придал этому особого значения.

Он снова берёт её руку и снова целует пальцы, отчего напряжение, промелькнувшее на лице Дафны, сменяется томным вздохом и приторно-сладкой улыбкой.

— Ты пришла в её комнату тайным ходом... — обволакивает тихим бархатным голосом. — Кстати, как ты узнала, в какой из комнат гостит Эммилина? И кто рассказал тебе, что в этот вечер её горничная будет отсутствовать?

— У девушек должны быть свои секреты, не так ли, милый Алекс? — тоже мне, нашла повод кокетничать.

Она ведёт пальчиками по плечу демона и слегка приподнимает подбородок. Похоже, действительно считает себя очень умной и наслаждается тем, что "милому Алексу" не удалось раскрыть эту её маленькую тайну.

— Секреты… — граф останавливает девичьи пальцы, которые уже пытаются ласкать его шею, переплетает со своими и опускает на стол, не забыв приправить действие очередной "ласковой" улыбкой. Дафна, судя по выражению её лица, не замечает подвоха, окончательно тает и расслабляется. — Кто-то из моих слуг рассказывает тебе всё, что происходит в особняке.

Не спрашивает, утверждает таким тоном, словно обсуждает погоду. При этом не забывает постоянно следить за выражением её лица. И промелькнувшее лёгкое недовольство подсказывает ему, что он угадал.

— Знаешь, милая, я всё думал, почему ты не вылила мовянку так, чтобы пришлось отрезать все волосы... а потом вспомнил: ты никогда не боялась пауков и других насекомых, но до истерики боялась вида крови. Полагаю, когда ты зашла в комнаты, то не сразу увидела Эммилину. Ты ходила с подсвечником, искала её, потому что место, где она упала со стороны тайного хода не видно. Так? Конечно, так… — отвечает на свой вопрос сам. — На полу остались капли свечного воска.

— Зачем мы это обсуждаем, Алекс? Давай поговорим о чём-то другом? О нас?

— Мне просто интересно. Полагаю, ты заметила, что у Эммилины кровь, когда подошла к её телу совсем близко. Верно?

Дафна не отрицает, лишь закатывает глаза. Явно скучает, обсуждая неинтересную для себя тему.

— Ты испугалась и выронила миску, которая разбилась. Сок мовянки, который уже начал загустевать, хаотично растёкся лишь по части прядей и залил пол. Я нашёл мелкие осколки тонкого фарфора, крупные осколки ты собрала и унесла с собой.

— Как она вообще умудрилась пораниться? Надо же быть такой растяпой.

Фыркает и недовольно кривится.

— Ты добавила слишком много сонной травы в её ужин, Дафна. И она просто не дошла до постели…